Болезнь, безумие, смерть

Конец XIX века в европейской литературе — время интереса к мрачным, макабрическим темам; классическое искусство будто вырабатывает свой потенциал, пристально всматриваясь в предметы, которые до этого оставались на периферии — пусть и всегда присутствовали в сознании. Философия Шопенгауэра ставит под вопрос позитивистский оптимизм века, а философия Ницше — моральные кредо; из тревоги, чувства утраты целостности мира рождается модернизм. Русские литературные произведения, говорящие о болезни, безумии и смерти, разнообразны: это может быть и морализаторство позднего Толстого, и чеховское описание постепенного разрушения психики, и бунинская рефлексия над тщетой жизни, которой противопоставлена тёмная стихия небытия. Как бы то ни было, присутствие этой стихии не забывается: накануне XX века в русской прозе загораются буквы memento mori.

  • Красный цветок

    Всеволод Гаршин1883

    Один из самых известных рассказов Гаршина — история войны душевнобольного с тремя красными маками, в которых, как он убеждён, сосредоточено всё зло мира. Рассказ, написанный от третьего лица, — один из самых тонких в русской литературе образцов интроспекции, проникновения в глубину психики; трагизма ему добавляет то обстоятельство, что Гаршин, страдавший психическим расстройством, хорошо знал, о чём писал.

  • Смерть Ивана Ильича

    Лев Толстой1886

    Хроника болезни и смерти рядового чиновника. Толстой проводит читателя по предельным, находящимся на грани человеческого опыта чувствам и состояниям и ставит его перед последними страшными вопросами: «А что, как и в самом деле вся моя жизнь, сознательная жизнь, была «не то»?» Фальшивой обывательской жизни Толстой противопоставляет честную смерть, в которой невозможно соврать, — и говорит о ней как о растворении в свете, но обрывает рассказ безжалостной финальной точкой. По мнению многих комментаторов, от Бунина до Набокова, «Смерть» — самое совершенное произведение Толстого.

  • Власть тьмы

    Лев Толстой1887

    Первое крупное драматическое произведение Толстого. Подзаголовок пьесы — русская пословица «Коготок увяз — всей птичке пропасть»: по Толстому, ступив на путь греха, человек последовательно идёт к гибели, совершая всё более страшные злодеяния. За супружеской изменой во «Власти тьмы» следует убийство мужа и новорождённого ребёнка, что сближает пьесу Толстого с лесковской «Леди Макбет Мценского уезда». Главные герои «Власти тьмы» — Анисья, молодая жена старого и зажиточного крестьянина Петра, и её любовник — работник Никита; обращаясь к «социальным низам», Толстой демонстрирует универсальность греха, в том числе блуда, — мысли о его пагубности пронизывают всё позднее творчество писателя.

  • Спать хочется

    Антон Чехов1888

    Короткий и, вероятно, самый страшный рассказ Чехова повествует о тринадцатилетней няньке Варьке, которая смертельно хочет спать и душит вверенного ей младенца; «врага, мешающего ей жить». Варька пребывает в некоем отдельном галлюцинаторном пространстве, проваливается в навязчивые сны и воспоминания, путает их с явью — в результате всё происходящее в рассказе приобретает оттенок ирреальности.

  • Крейцерова соната

    Лев Толстой1890

    Главное высказывание позднего Толстого о сексуальной морали. Герой повести Василий Позднышев рассказывает о бешеной ревности, которая заставила его убить жену, и делится мыслями о вреде полового влечения, делающего из человека животное, и о браке как освящении разврата. Сразу после написания «Крейцерова соната» вызвала скандал и чуть не была запрещена к публикации в России; в более пуританской Америке её запретили сразу, а будущий президент Теодор Рузвельт назвал Толстого извращенцем. В свою очередь, Чехов, боготворивший Толстого, из-за суждений писателя о сексе обвинил его в невежестве.

  • Палата № 6

    Антон Чехов1892

    В жутких условиях провинциальной больницы в шестой палате обитают пятеро душевнобольных; их врач — апатичный доктор Рагин — не видит никакого смысла в лечении обречённых и предпочитает работе чтение книг. Увлёкшись спорами с одним из пациентов, доктор начинает производить на коллег впечатление сумасшедшего и вскоре сам попадает в палату № 6. Чехов, незадолго до написания повести побывавший на Сахалине в роли журналиста, использует проверенную временем очерковую манеру, чтобы описать постепенное сползание в безумие. Возможно, вместе с тем он показывает читателю, насколько удобно объяснить безумием непонятное чужое поведение: точка зрения Рагина близка к позиции повествователя, и это создаёт в повести напряжение, которое в финале приводит к взрыву насилия. Лесков называл «Палату № 6» изображением России в миниатюре; Ленин, прочитав повесть, пережил приступ ужаса. При этом сам Чехов поначалу не относился к своей повести всерьёз и опасался, что она скучна.

  • Чёрный монах

    Антон Чехов1894

    Философу Коврину время от времени, в том числе в самые ответственные моменты жизни, является загадочный чёрный монах из где-то слышанной им легенды. Монах признаётся, что он существует лишь в воображении Коврина, и нахваливает его незаурядный ум; он всё больше овладевает сознанием философа, в то время как окружающие видят, что Коврин разговаривает с пустотой. Фантом «чёрного человека», имеющий почтенную литературную историю, здесь служит не только зловещим предзнаменованием смерти: символика и значимость монашества, религии, избранности, гениальности ставятся Чеховым под сомнение. Кроме прочего, «Чёрный монах» — произведение о созависимости близких людей психически больного.

  • Молох

    Александр Куприн1896

    Инженер Бобров — морфинист, ненавидящий свою жизнь и работу; сталелитейный завод, на котором он служит, представляется ему древним богом Молохом, пожирающим жизни; постепенно этот образ становится навязчивым. Впрочем, когда на заводе действительно случается катастрофа, Бобров, чьи любовные надежды терпят крушение по вине одного из заводчиков, испытывает радость — уничтожить же Молоха у него недостаёт духу. Тип «человека не на своём месте» и чеховского извода протест против мещанства и несправедливости здесь (как и в «Чёрном монахе» Чехова) уже сочетается с тем обострённым вниманием к древним и потусторонним образам, которое будет характерно для символизма.

  • После бала

    Лев Толстой1903

    Один из поворотных текстов русской литературы выстроен на резком контрасте стихии любви и стихии смерти, эроса и танатоса. Иван Васильевич влюблён в Вареньку, дочь полковника, и восхищается самим полковником — любящим отцом, скромным и добрым с виду человеком. В ночь после бала, на котором блистала Варенька, Иван Васильевич идёт к её дому и видит, как отец его возлюбленной командует расправой над беглым солдатом-татарином, превращая его тело в кровавый кусок мяса. Фокус телесности перенесён здесь с любви (Варенька для Ивана Васильевича бестелесна, идеальна) на жестокое насилие, с наслаждения на наказание. Зрелище убивает в герое любовь; в то же время он не может разгадать причины, которая заставляет многих людей калечить и убивать своего товарища. Активно пользуясь приёмом остранения, даже обессмысливания происходящего, Толстой возвращается к идее «силы, движущей народами» из «Войны и мира» и полемизирует с собственными мыслями об исторической необходимости.

  • Фальшивый купон

    Лев Толстой1904

    Одна из последних повестей Толстого в наше время читается почти как концептуалистское произведение: высказанная ещё во «Власти тьмы» идея о том, что малый грех влечёт за собой большой, здесь выражена в утрированной до гротеска форме. Подделка банкноты влечёт за собой череду преступлений, в которые вовлечены разные, случайным образом связанные люди: цепочка ведёт от незначительного проступка к серии жестоких убийств. Когда толстовская версия «жития великого грешника» доходит до грани абсурда, этот эффект гасится не менее сильным: убийца превращается в святого. Как и подобает истории о том, что грех лечится верой и покаянием, всё заканчивается хорошо; с десяток невинноубиенных отбрасываются на обочину сюжета.

  • Господин из Сан-Франциско

    Иван Бунин1915

    Безымянный господин из Сан-Франциско совершает атлантический круиз со своим семейством на пароходе с символическим названием «Атлантида». Роскошная жизнь на корабле и в туристических местах невероятно однообразна — но на острове Капри её нарушает скандал: с господином из Сан-Франциско случается удар, и он умирает. Вскоре тот же пароход везёт его гроб в трюме, в соседстве с недрами бушующего океана. Текст о заурядной жизни, в которой смерть стала самым ярким эпизодом, Бунин расцвечивает фантастической массой мелких подробностей: в «Господине из Сан-Франциско» умирает герой, но оживает фон. Впрочем, это оживление не к добру: почти каждая деталь здесь напоминает о смерти и издевается над тем, что люди считают жизнью.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera