Вы и убили-с: случай Кристи

Галина Ельшевская

Королева детектива Агата Кристи задала чуть ли не все матрицы этого жанра, которые десятилетиями снова и снова работают у самых разных авторов. Все, кроме одной: в романе «Убийство Роджера Экройда» Кристи перевернула собственные правила с ног на голову, вызвав настоящий скандал. Открываем серию текстов, в которых Галина Ельшевская рассказывает о классических детективных романах.

Агата Кристи. Около 1925 года

Central Press/Hulton Archive/Getty Images

По изобретательности детективных схем Агата Кристи не имеет себе равных. Тот, на кого покушаются, и есть убийца («Загадка Эндхауса», «Объявленное убийство»). Задуманное убийство спрятано среди других, совершённых лишь ради маскировки или репетиции, — спрятано, как честертоновский «лист в лесу» («Убийства по алфавиту», «Драма в трёх актах»). Убийцей оказывается следователь («Мышеловка»). И так далее: можно сказать, что Кристи задала практически все долгоиграющие матрицы жанра, которые не раз подхватывали другие авторы. Все, кроме той, которая в 1925 году была использована в романе «Убийство Роджера Экройда». Без спойлера здесь не обойтись: повествование от лица убийцы, по мнению многих, нарушало базовые принципы жанра — вполне возможно, сами принципы и были сформулированы Рональдом Ноксом Рональд Арбутнотт Нокс (1888–1957) — британский писатель, автор детективов и религиозный деятель. В 1912 году рукоположён в сан англиканского священника, но после знакомства и дружбы с Гилбертом Честертоном стал католиком. Автор перевода Вульгаты на английский язык, а также десятка произведений в детективном жанре. Один из основателей Детективного клуба, в 1929 году Нокс составил «Десять заповедей детективного романа», все из которых рано или поздно были нарушены выдающимися авторами. (и отчасти повторены С. С. Ван Дайном С. С. Ван Дайн (настоящее имя — Уиллард Хантингтон Райт; 1888–1939) — американский журналист, писатель, искусствовед и художественный критик, один из представителей золотого века детектива. Райт был важной фигурой в авангардных кругах Нью-Йорка до Первой мировой войны. В 1926 году написал исследование истории и традиции детективной фантастики, известен как автор «Двадцати правил для пишущих детективы». Самым популярным героем Райта стал детектив Фило Вэнс, появился в книгах в 1920-х годах, а после — на радио и в кинематографе.) в ответ на этот небывалый ход. Мало того что мы видим события такими, какими их представляет нам доктор Шеппард — сценарист, режиссёр и исполнитель преступления, — такими же их поначалу видит Эркюль Пуаро, для которого Шеппард здесь замещает отсутствующего Гастингса Капитан Артур Гастингс — литературный персонаж Агаты Кристи, помощник и лучший друг частного детектива Эркюля Пуаро. Пара Гастингс — Пуаро напоминает известную дружбу героев Артура Конан Дойла, детектива Шерлока Холмса и доктора Ватсона.. Читателям, привыкшим доверять повествователю, предстояло после неожиданного финала вернуться к его репликам и — новая неожиданность! — убедиться, что в них нигде нет прямой дезинформации, а есть лишь умолчания. Впрочем, и этого хватало для возмущения: ведь в любом детективе читатель расследует преступление вместе с сыщиком, пытаясь вычислить правильное решение задачи. Подразумевается, что ему известны те же детали, что и расследователю. Здесь же оказывается, что картина неполна и автор не предполагает читательского сотворчества — превышая тем самым положенные ему по жанру демиургические полномочия. 

К 1925 году, когда «Убийство Роджера Экройда» вышло в нескольких номерах газеты Evening News, Агата Кристи уже была достаточно известной писательницей; после книжной его публикации годом позже она стала по-настоящему знаменитой. Вероятно, здесь сыграло роль её знаменитое исчезновение в декабре 1926-го, когда в течение одиннадцати дней английская полиция сбивалась с ног, под конец уже не надеясь обнаружить её живой, а пресса фиксировала этапы поисков на первых полосах. В обстоятельствах этого исчезновения (Кристи зарегистрировалась в гостинице под фамилией любовницы своего мужа, оставленный у обрыва автомобиль наводил на мысль о самоубийстве, а версия об амнезии, на которой настаивала сама писательница, вызывала обоснованные сомнения) нетрудно различить мотивы будущих детективных историй. К тому же, сделав себя героиней криминального сюжета — а злые языки поговаривали, что таким образом Кристи обеспечила своему свежему роману рекламу, — она заодно и сама выступила в роли «ненадёжного рассказчика». Как бы то ни было, шумиха поспособствовала успеху книги, а связанный с ней частный скандал остался частным. Кто, кроме коллег, мог упрекнуть автора в пренебрежении ещё не сформулированными правилами? 

Обложка первого британского издания романа «Убийство Роджера Экройда» издательства William Collins & Sons, 1926 год
Газета Daily Sketch с новостью о том, что Агата Кристи найдена живой. 15 декабря 1926 года

Hulton Archive/Getty Images

Однако в этом пренебрежении был ещё один важный поворот. Непреложная этика детектива состоит в том, что добро должно победить зло: преступник непременно будет изобличён и наказан, и мы подсознательно отождествляем себя с теми, кто обеспечивает такой итог. Доктор Шеппард до самых последних страниц романа выступает как собеседник и помощник Пуаро, своего рода посредник между гениальным сыщиком и обычными людьми, которым необходимо объяснить ход мысли гения. И читателям, входящим в эту общность «обычных людей», как раз легко с ним отождествиться: он обаятелен, ироничен, сдержан, терпим к недостаткам ближнего — в частности, с юмором воспринимает неуёмное любопытство своей сестры Каролины. И когда выясняется, что приятный во всех отношениях доктор — шантажист и убийца, то для аудитории это становится полным афронтом: с кем мы чувствовали единение? как могли не заподозрить неладное?

Понятно, что невозможность заподозрить рассказчика входила в планы Агаты Кристи. Но в такой невозможности парадоксальным образом обнаруживалась как раз возможность заподозрить кого угодно. Именно «Убийство Роджера Экройда» открывает релятивистское и алгебраически сконструированное пространство, в котором порой вполне симпатичные с виду герои бывают вынуждены кого-то убить: то наследство манит, то страх, что откроется постыдная тайна, — поводы могут быть разными. «Я не одобряю убийств», — не раз повторяет Пуаро, но это не мешает писательнице в последнем романе («Занавес», 1975), снова шокировав публику, сделать убийцей его самого. Шокировать публику она вообще не боялась: к примеру, могла сделать убийцей ребёнка («Кривой домишко», 1949) или повторить вариант с рассказчиком-преступником («Ночная тьма», 1967). И в этой готовности разыграть преступление как шахматную партию и решить как математическое уравнение — не только понимание условности детективной интриги, которой не на пользу излишний психологизм, но и общее отношение к людям: убеждённость в том, что все способны на всё. Собственно, это — достаточно мизантропическое — отношение чувствуется в речах и действиях мисс Марпл, которая не обольщается насчёт человеческой природы и попросту исходит из цинической презумпции всеобщей порочности. Её метод френологических аналогий прекрасен: конечно, преступником оказался Х, потому что он похож на зеленщика в Сент-Мэри-Мид, а зеленщик хоть и долго держался, но потом таки утопил свою малоприятную жену в бочке из-под огурцов. Такая презумпция радикально не совпадает с сегодняшним «политкорректным» подходом, согласно которому преступление всегда есть следствие патологии, взрыва нормы, преступник — маньяк, и в его бэкграунде — почти непременная детская травма. С этим подходом сам детектив неизбежно превращается в триллер, где вопрос, кто убийца, уступает место вопросу, как убийцу поймать и обезвредить. 

Британский сериал «Пуаро» с Дэвидом Суше в главной роли, снимавшийся с 1989 по 2013 год

Российский мини-сериал «Неудача Пуаро». Режиссёр Сергей Урсуляк. 2002 год

Луис Маунтбеттен. 1940-е годы. Фотография Сесила Битона

IWM IB 122

Пуаро появился у Агаты Кристи до «Убийства Роджера Экройда», но именно здесь он уже в полной мере обнаруживает свою экзотичность (доктор Шеппард знакомится с ним, едва увернувшись от тыквы, которую Пуаро в гневе кидает через забор). Мисс Марпл возникла чуть позже, но вездесущая Каролина, сестра Шеппарда, вероятно, была её дальним прообразом. Эти персонажи — бельгиец, приманка и дразнилка для ксенофобов, ананкаст Человек с обсессивно-компульсивным расстройством личности, которое характеризуется повышенной тревожностью и мнительностью, фиксацией на деталях, перфекционизмом или периодическими навязчивыми мыслями или действиями. в нафабренных усах, и старая дама, воплощение той английскости, где никакое убийство не нарушает уюта гостиной, — среди двигающих сюжет фигур всегда оказываются самыми живыми. Разумеется, они антиподы — однако есть нечто в совокупном (и очень сложном) образе «английскости», что с эксцентричностью Пуаро резонирует и её принимает. Это не только, условно говоря, линия абсурдной поэзии, лимериков, Вудхауса или честертоновской готовности увидеть на голове у джентльмена капустный кочан: такое есть и у самых «английских англичан» — скажем, у Голсуорси в «Конце главы» действует тётя Эм, чья речь совершенно хармсоподобна. Так что совсем «чужое» — оно же совсем «своё»: Агата Кристи очень хорошо чувствовала зону схождения противоположностей.

Пройдёт совсем немного времени, и «Убийство Роджера Экройда» будет переведено на все языки, адаптировано для театра и кино, включено в список лучших детективов всех времён и народов. И, естественно, в поисках источников сюжета вспомнят «Драму на охоте» Чехова, где тоже о событиях рассказывает сам убийца. Мы не знаем, читала ли эту повесть Агата Кристи; мы не знаем также, читал ли её лорд Маунтбеттен Луис Маунтбеттен, 1-й граф Маунтбеттен Бирманский (1900–1979) — британский адмирал, последний вице-король Индии. Дядя принца Филиппа, мужа английской королевы Елизаветы II. Был убит в результате теракта, устроенного Ирландской республиканской армией. Лорд Маунтбеттен был страстным поклонником детективов Агаты Кристи и, как считается, подал ей идею романа «Убийство Роджера Экройда»., которому она, по собственному признанию, была обязана идеей сюжета (лорд предлагал эпистолярный роман с письмами, написанными убийцей). Но в любом случае именно «Убийство Роджера Экройда» сделается существенной вехой в развитии жанра, в предельном расширении его возможностей. 

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera