Антон Чехов

Три сестры

1901

История о прошлом, в которое невозможно вернуться, и мечтах, которым не суждено сбыться. Написав «сложную, как роман» пьесу, Чехов утверждается в статусе крупнейшего русского драматурга.

комментарии: Игорь Кириенков

О чём эта книга?

Видный московский генерал Прозоров получает бригаду и вместе с дочерьми и сыном переезжает в провинциальный город. Одиннадцать лет спустя дети генерала собираются на именины младшей из сестёр, вспоминают умершего отца и строят планы: вернуться в Москву, найти себе достойное занятие и обрести наконец душевный покой. Но год за годом персонажи только глубже увязают в местном быте: учительница Ольга допоздна засиживается в гимназии, замужняя Маша увлекается женатым батарейным командиром Вершининым, за Ириной ухаживают барон Тузенбах и штабс-капитан Солёный, а Андрей служит секретарём земской управы и растит сына со вздорной Наташей, которая хочет выжить сестёр из дома. Переезд постоянно откладывается, пока окончательно не становится фигурой речи. «Три сестры» — одна из самых безжалостных и вместе с тем оптимистичных драм Чехова, герои которой пытаются постичь смысл жизни и своих страданий. Финальная реплика пьесы — «Если бы знать!» — полна одновременно надежд и сомнений.

Антон Чехов в Ялте. 1900 год

Когда она была написана?

После успеха «Дяди Вани» в октябре 1899 года один из основателей МХТ Владимир Немирович-Данченко впервые попросил Чехова сочинить пьесу специально для Художественного театра. Автор сообщил, что у него есть сюжет «Трёх сестёр», но предупредил, что сначала планирует дописать незаконченные повести (в их числе — «В овраге»). В итоге Чехов приступил к пьесе только в августе 1900 года в Ялте. Под давлением режиссёра Константина Станиславского он пообещал закончить пьесу к началу театрального сезона, предварительно оговорившись: «Если она окажется удачной, если быстро выльется». 

«Три сестры» продвигались с большим трудом. После бодрого («начало вышло ничего себе, гладенькое») старта Чехову стало казаться, что получается «скучная, крымская чепуха». Он боялся, что не сможет справиться с таким большим — 14 — количеством персонажей: «Пишу не пьесу, а какую-то путаницу. Много действующих лиц — возможно, что собьюсь и брошу писать». В конце августа Чехов попросил писателя Владимира Ладыженского прочитать вслух черновик «Трёх сестёр» — так автор смог найти и исправить слабые места пьесы. В сентябре Чехов заболел, пьеса всё больше вызывала у него уныние, и драматург хотел отдохнуть на Ривьере, отложив надоевшие «Три сестры» на неопределённый срок.

Приехав в Москву в октябре, Чехов подтвердил в интервью «Новостям дня», что «Три сестры» далеки от завершения. Но театр настоял, чтобы автор всё-таки закончил пьесу, и поездку за границу пришлось перенести. 29 октября ещё не отделанные «Три сестры» прочитали в МХТ. 22 ноября «Новости дня» сообщили, что Чехов передал театру окончательную редакцию пьесы, но в действительности драматург продолжал переписывать и редактировать «Трёх сестёр» до самого конца 1900 года — уже из Ниццы. Отдельные изменения вносились в пьесу вплоть до московской премьеры 31 января 1901 года.

Пегги Эшкрофт в роли Ирины, Гвен Дэвис в роли Ольги и Кэрол Гуднер в роли Маши в спектакле «Три сестры». Режиссёр Джон Гилгуд. Королевский театр. Лондон, 1938 год

Hulton Archive/Getty Images

Дом Чехова в Ялте. 1890-е годы

Fine Art Images/Heritage Images/Getty Images

Как она написана?

Анализируя устройство «Трёх сестёр», Немирович-Данченко вводит понятие «подводное течение»: Чехов отказывается от классической, насыщенной событиями драматургической интриги и управляет действием, опираясь на незначительные вроде бы детали, ремарки, паузы. Новизна пьесы и в том, что автор принципиально не проводит границу между важным и ничтожным: герои с одинаковым жаром философствуют, вспоминают прошлое, рассказывают о своих мечтах и спорят из-за названий блюд. Другими словами, Чехов стремится к максимально естественному воспроизведению человеческой речи и поведения: персонажи перебивают друг друга, не к месту и неточно цитируют классические произведения или просто не слышат собеседников; на сцене они не совершают резких, необратимых поступков, но всё время к чему-то готовятся, сомневаются, бесконечно медлят и размышляют.

Кроме того, «Три сестры» — одна из самых искусных пьес Чехова с точки зрения композиции; по собственному признанию автора, «сложная, как роман». Между действиями проходят годы, но читатель, погружённый в бытовую рутину прозоровского дома, может этого не заметить: всё тот же круг лиц ведёт похожие разговоры, изнывая от скуки, — неслучайно едва ли не ключевым символом пьесы становятся разбитые часы. В мире «Трёх сестёр» ничего не происходит, но всё меняется: мастерство Чехова заключается в том, чтобы показать, «какие пустяки, какие глупые мелочи иногда приобретают в жизни значение».

Владимир Немирович-Данченко. Около 1900-х годов. Немирович-Данченко попросил Чехова написать пьесу специально для МХТ
Константин Станиславский. 1900 год. Под давлением Станиславского Чехов пообещал закончить пьесу к началу театрального сезона

Что на неё повлияло?

Во многом «Три сестры» основаны на воспоминаниях Чехова о Воскресенске, в котором он вместе с родными проводил лето: в 1884 году автор подружился с офицерами расквартированного в городе батальона и подробно изучил их образ жизни. Дуэль Солёного и Тузенбаха, вероятно, вдохновлена реальным поединком, который произошёл в Таганроге между вышедшим в отставку бароном и бретёром-артиллеристом. Наверняка Чехов был знаком с опереттой Сидни Джонса «Гейша», гремевшей в Москве в конце 1890-х: в её сюжете — любовные похождения тоскующих вдали от дома офицеров — можно обнаружить отдалённые сходства с коллизиями «Трёх сестёр».

Исследователи также обнаруживают пересечения между чеховской пьесой и «Одинокими» Герхарта Гауптмана Герхарт Иоганн Роберт Гауптман (1862–1946) — немецкий драматург. Автор пьес «Праздник перемирия» (1890), «Одинокие» (1891), «Ткачи» (1893), «Бобровая шуба» (1893), «Вознесение Ханнеле» (1894), «Флориан Гейер» (1896) и др., романов «Юродивый Эммануэль Квинт» (1910) и «Остров великой матери» (1928). В 1912 году стал лауреатом Нобелевской премии по литературе.: эту драму, посвящённую несчастливым в браке супругам, показывали в МХТ в 1900 году. По-видимому, Чехов обратил внимание на финал пьесы, в котором главные герои возлагают надежды на будущее, когда отношения между людьми станут более возвышенными, и по-своему использовал этот мотив отложенного счастья, сочиняя диалоги Вершинина и Тузенбаха и разговоры сестёр.

Русскому человеку в высшей степени свойственен возвышенный образ мыслей, но скажите, почему в жизни он хватает так невысоко?

Антон Чехов

Занятно, что до Чехова в русской литературе уже было произведение под названием «Три сестры». Это опубликованная в 1891 году повесть Иеронима Ясинского 1 Катаев В. Б. Реминисценции в «Трёх сестрах» // Катаев В. Б. Литературные связи Чехова. М.: Изд-во МГУ, 1989. — история Ольги, Софьи и Зинаиды Тумановых, которые остаются сиротами и ищут себе место в недружелюбном мире. По ходу повествования кончает с собой Софья, оставив предсмертное письмо с такими словами: «Кто вспомнит о живших до нас, страдающих…» Эта цитата напоминает фразу Маши Прозоровой: «Так и о нас не будут помнить. Забудут»; сама героиня в чеховских черновиках должна была отравить себя в третьем действии. В финале «Трёх сестёр» Ясинского Ольга принимает предложение старого друга, и книга заканчивается безмятежным описанием домашнего уюта: кипящий самовар, цветы и ярко горящие свечи. Чехов, — по-видимому, полемизируя с современником, который в своей прозе и этических трактатах воспевал типично обывательские ценности, — начинает свою пьесу с похожей сцены. Так то, что Ясинский воспринимает как идеал, к которому стоит стремиться, у Чехова становится поводом для рефлексии.

В пьесе нетрудно обнаружить многочисленные отсылки к русской и мировой классике — от «Анны Карениной» до «Ричарда III». Герои «Трёх сестёр» словно живут внутри хрестоматийных текстов: они рассуждают, дерзят и объясняются в любви, заимствуя (и нередко перевирая) цитаты из знаменитых романов, стихотворений и пьес. С одной стороны, это свидетельствует об уровне их образования, с другой — сигнализирует об исчерпанности прежней культуры, которая не может породить ничего нового: так Чехов становится предтечей постмодернизма — за 70 лет до того, как это слово вошло в повседневную речь.

Борис Иогансон. Иллюстрация к пьесе «Три сестры». 1940-е годы

Джон Гилгуд в роли Вершинина в спектакле «Три сестры». Режиссёр Джон Гилгуд. Королевский театр. Лондон, 1938 год

Gordon Anthony/Getty Images

Как она была опубликована?

«Три сестры» привлекли внимание издателей ещё до театральной премьеры. Выбирая между «Русской мыслью» Литературно-политический журнал, ежемесячно выходивший в Москве с 1880 по 1918 год. Редакция разделяла конституционно-демократические взгляды, политически была близка к кадетам. «Русская мысль» была закрыта большевиками, затем с перерывами издавалась за границей. С 1947 года журнал начал регулярно печататься в Париже, с 2008 года — в Лондоне. Вукола Лаврова Вукол Михайлович Лавров (1852–1912) — журналист, переводчик. Лавров был основателем журнала «Русская мысль», до 1906 года — его издателем-редактором. Также получил известность как переводчик с польского, среди его работ переводы произведений Генрика Сенкевича, Элизы Ожешко, Владислава Реймонта и др., «Ежегодником императорских театров» Театральное издание, выпускавшееся в Санкт-Петербурге с 1892 по 1915 год. В нём публиковались сведения о репертуаре императорских театров Москвы и Санкт-Петербурга, также выходили приложения со статьями о театре. Сергея Дягилева и «Жизнью» Литературно-политический журнал, выходивший с 1897 по 1901 год в Санкт-Петербурге. В нём печатались произведения Максима Горького, Леонида Андреева, Ивана Бунина, Антона Чехова. С приходом в журнал в 1898 году Владимира Поссе «Жизнь» стала одним из главных марксистских изданий. В 1901 году Поссе был арестован, а сам журнал — закрыт за «вредное» направление. После закрытия «Жизнь» недолго выходила за границей. Владимира Поссе Владимир Александрович Поссе (1864–1940) — журналист, врач. Писал для «Нового слова», «Журнала для всех», работал в издательстве «Знание». С 1898 года стал редактором журнала «Жизнь». В 1901 году был выслан из Петербурга, жил в Лондоне. После возвращения в 1905 году издавал «Библиотеку рабочего», редактировал газету «Трудовой союз». До 1918 года занимался журналом «Жизнь для всех». После революции писал мемуары: «Мой жизненный путь» (1929), «Пережитое и продуманное» (1933)., Чехов остановился на первом варианте. 

В январе 1901 года Лавров обратился за рукописью к Немировичу-Данченко, отдал её в набор и выслал Чехову в Ниццу корректуру. К тому моменту автор перебрался в Рим и рассчитывал подготовить финальную редакцию уже по возвращении в Россию, чтобы выпустить «Сестёр» в мартовском номере журнала. Однако издатель «Русской мысли» не захотел откладывать публикацию пьесы и напечатал её, не дожидаясь правок. Потребовав объяснений, Чехов выяснил, что Немирович-Данченко отправил Лаврову не оригинал рукописи, а копию с рабочего театрального экземпляра. В результате многократного и небрежного переписывания оригинала копиистом МХТ в журнальную публикацию «Трёх сестёр» попало более двухсот искажений, не считая пунктуационных, — особенно досталось третьему и четвёртому действию, которые Чехов присылал в театр из-за границы.

Готовя пьесу для публикации отдельной книгой в Издательстве А. Ф. Маркса Адольф Фёдорович Маркс (1838–1904) — книгоиздатель. В возрасте 21 года переехал из Польши в Россию, поначалу преподавал иностранные языки, служил письмоводителем. В 1870 году основал массовый еженедельный журнал «Нива», а в 1896 году — собственную типографию, где, помимо прочего, выпускал собрания русской и зарубежной классики. После смерти Маркса издательство превратилось в акционерное общество, большую часть акций которого купил издатель Иван Сытин. (она вышла в мае 1901 года), Чехов исправил более 50 ошибок, обнаруженных им в журнальной версии, и внёс несколько собственных — смысловых — изменений. Последнее прижизненное издание «Трёх сестёр» вышло в марте 1902 года в седьмом томе собрания чеховских сочинений: заведующий редакцией спешил опубликовать книгу и не выслал автору второй корректуры. И снова текст пьесы был напечатан с ошибками, часть из которых восходит ещё к первой — безнадёжно дефектной — публикации в «Русской мысли». Академическое издание «Трёх сестёр», учитывающее все авторские исправления и дополнения, было опубликовано в 1978 году в 13-м томе полного собрания сочинений Чехова.

Первая публикация пьесы состоялась в журнале «Русская мысль». Февраль, 1901 год
Обложка первого отдельного издания пьесы. Издательство А. Ф. Маркса, 1901 год

Как её приняли?

После московской премьеры Книппер телеграфировала Чехову в Ниццу о большом успехе постановки. Пожалуй, это было некоторым преувеличением: Станиславский вспоминал, что от действия к действию аплодисменты становились всё тише.

«Три сестры» удостоились полярных рецензий в прессе. Одни критики называли пьесу «талантливой и сильной вещью», которая «составляет богатый вклад в драматическую литературу». Другие писали, что «чеховский пессимизм, по-видимому, достиг своего зенита», а комедийные эпизоды «пришиты белыми нитками и производят для общего тона пьесы впечатление диссонанса». Третьи сочли, что герои «Трёх сестёр» — «ничтожные, вечно ничем не удовлетворенные люди». По мнению отдельных обозревателей, Чехов мастерски изобразил «трагедию русских будней», в которой «место фатума занимает всесильная захолустно обывательская пошлость». Были и такие, кто предположил, что в заглавных героинях изображены «три собирательных, типичных образа, в какие выливается, вообще, не только русская, но и всемировая женщина».

Реакция литературных знаменитостей оказалась столь же противоречивой. «Три сестры» идут изумительно! <…> Музыка, не игра», — написал автору Максим Горький. Большим поклонником постановки и пьесы стал Леонид Андреев, отмечавший жизнелюбие и оптимизм чеховских героинь. Популярный беллетрист Пётр Боборыкин Пётр Дмитриевич Боборыкин (1836–1921) — писатель, драматург, критик. Редактор и издатель журнала «Библиотека для чтения». Автор множества романов, рассказов, пьес, работ по истории литературы. Отчасти благодаря Боборыкину в русский язык вошло слово «интеллигенция». в повести «Исповедники» устами своего героя назвал «Три сестры» «сплошной неврастенией» и «жалкой болтовнёй». Сатирик Виктор Буренин Виктор Петрович Буренин (1841–1926) — литературный критик, публицист, драматург. В юности дружил с амнистированными декабристами и радикальными демократами (помогал Некрасову со сбором материалов для поэмы «Русские женщины»), печатался в «Колоколе» Герцена. С 1876 года и вплоть до революции проработал в суворинском «Новом времени», консервативном издании правого толка. Из-за частых нападок и грубостей в своих статьях Буренин постепенно приобрёл скандальную репутацию — на него несколько раз подавали судебные иски по обвинению в клевете. Говорили, что именно резкая статья Буренина довела до смерти поэта Семёна Надсона — прочтя обвинения в том, что он лишь притворяется больным, Надсон почувствовал себя хуже и в скором времени умер. сочинил на «Трёх сестёр» издевательскую пародию под названием «Девять невест и ни одного жениха». И даже обожавший Чехова Лев Толстой не смог дочитать «Трёх сестёр» до конца и лично сказал автору: «А пьеса ваша всё-таки плохая».

Чехов стоически воспринял критику, шутливо пообещал Книппер больше ничего не писать для театра в стране, где драматургов «лягают копытами», — и уже через год начал работать над «Вишнёвым садом».

Михаил Нестеров. На рассвете. Конец XIX — начало XX века. Частная коллекция

Что было дальше?

«Трёх сестёр» довольно скоро стали играть не только в Москве, но и в Петербурге, Киеве, Херсоне, Варшаве, Вильне, Одессе и других городах Российской империи; зрители постепенно привыкали к особенностям чеховской драматургии и встречали пьесу с восторгом. В 1902 году автор получил премию Грибоедова Премия за лучшую пьесу, которую вручали с 1883 по 1917 год. Среди её лауреатов Александр Островский, Лев Толстой, Антон Чехов, Максим Горький, Леонид Андреев.. Ещё при жизни Чехова появились переводы на иностранные языки: французский, немецкий, итальянский и чешский.

«Три сестры» повлияли на поздние произведения автора (например, рассказ «Невеста») и книги прозаиков и драматургов следующих поколений. В частности, истории Прозоровых многим обязана булгаковская «Белая гвардия», описывающая провинциальный офицерский быт, и пастернаковский «Доктор Живаго» с его культом дома и мучительной бесприютностью. 

Настоящее противно, но зато когда я думаю о будущем, то как хорошо!

Антон Чехов

Пьеса располагает к разнообразным трактовкам и нетривиальным сценическим решениям. Ставя «Трёх сестёр» во МХАТе в 1940-м, Немирович-Данченко интерпретировал их как лирическую трагедию и уделял особенное внимание мелодическому рисунку диалогов, музыке чеховской речи. Георгий Товстоногов, представивший в 1965 году свою версию в БДТ, обнаружил в пьесе тему «всеобщего паралича воли». Его «Три сестры» оказались куда жёстче, чем у предшественников, и совсем не пытались вызвать у зрителей симпатию к персонажам: герои Чехова знали о дуэли Солёного и Тузенбаха, но не сделали ничего, чтобы её предотвратить, по сути став виновниками «коллективного убийства». «Три сестры» оказались последним спектаклем, который Юрий Любимов создал в Театре на Таганке в 1981-м, за три года до вынужденной эмиграции: персонажи обращали свои монологи к залу, а не друг к другу, звучали записанные на магнитофон голоса Василия Качалова, Сергея Юрского и других артистов, которые играли в предыдущих постановках, а в классические декорации вдруг вторгалась современная Москва. Наконец, Олег Ефремов, сделавший в 1997 году своих «Трёх сестёр» для МХТ им. А. П. Чехова, довольно радикально реализовал идею повторяемости, монотонности жизни Прозоровых: он поставил актёров и декорации на движущийся круг.

Продолжают экспериментировать с чеховской пьесой и современные режиссёры: у Владимира Панкова (БДТ) сестёр не три, а семь, Андрий Жолдак (Александринский театр) перемещает действие в 4015 год, Тимофей Кулябин («Красный факел») разыгрывает текст на языке глухонемых, а у Константина Богомолова (МХТ им. А. П. Чехова) Тузенбаха играет Дарья Мороз — эта работа принесла ей «Золотую маску» за лучшую женскую (sic!) роль.

«Три сестры» хорошо известны и на Западе: в разное время спектакли по ним ставили Джон Гилгуд, Эрвин Аксер, Лоуренс Оливье, Ингмар Бергман, Петер Штайн. Пьесу неоднократно экранизировали: стоит вспомнить фильмы Жана Пра, Самсона Самсонова, того же Оливье, Маргарете фон Тротты, Сергея Соловьёва и Валерии Бруни-Тедески.

Маргарита Володина в роли Маши, Любовь Соколова в роли Ольги и Татьяна Мальченко в роли Ирины в фильме «Три сестры». Режиссёр Самсон Самсонов. СССР, 1964 год
Фотохроника ТАСС

«Три сестры». Режиссёры Лоуренс Оливье, Джон Сичел. Великобритания, 1970 год

«Страх и любовь». Режиссёр Маргарете фон Тротта. Франция, Италия, Германия (ФРГ), 1988 год

«Три сестры». Режиссёр Валерия Бруни-Тедески. Франция, 2015 год

«Три сестры». Режиссёр Юрий Грымов. Россия, 2017 год

Маргарита Володина в роли Маши, Любовь Соколова в роли Ольги и Татьяна Мальченко в роли Ирины в фильме «Три сестры». Режиссёр Самсон Самсонов. СССР, 1964 год
Фотохроника ТАСС

«Три сестры». Режиссёры Лоуренс Оливье, Джон Сичел. Великобритания, 1970 год

«Страх и любовь». Режиссёр Маргарете фон Тротта. Франция, Италия, Германия (ФРГ), 1988 год

«Три сестры». Режиссёр Валерия Бруни-Тедески. Франция, 2015 год

«Три сестры». Режиссёр Юрий Грымов. Россия, 2017 год

Маргарита Володина в роли Маши, Любовь Соколова в роли Ольги и Татьяна Мальченко в роли Ирины в фильме «Три сестры». Режиссёр Самсон Самсонов. СССР, 1964 год
Фотохроника ТАСС

«Три сестры». Режиссёры Лоуренс Оливье, Джон Сичел. Великобритания, 1970 год

«Страх и любовь». Режиссёр Маргарете фон Тротта. Франция, Италия, Германия (ФРГ), 1988 год

«Три сестры». Режиссёр Валерия Бруни-Тедески. Франция, 2015 год

«Три сестры». Режиссёр Юрий Грымов. Россия, 2017 год

Почему Чехов устно называл «Три сестры» «комедией» и «водевилем», а в рукописи — «драмой»?

Судя по воспоминаниям Книппер, Станиславского и Немировича-Данченко, первая читка «Трёх сестёр» в присутствии автора повергла труппу Художественного театра в недоумение. Одни не понимали смысл отдельных реплик, другие — как играть своих персонажей, третьи — замысел в целом. В свою очередь, Чехова удивило, что актёры плакали во время чтения: полагая, что пьеса «непонятна и провалилась», он вышел из театра «не только расстроенным и огорчённым, но и сердитым, каким он редко бывал».

Вероятнее всего, называя «Трёх сестёр» водевилем и «весёлой комедией» (а, к примеру, «Вишнёвый сад» — «фарсом»), драматург в первую очередь хотел избежать излишней экзальтации при исполнении. В письме Книппер Чехов так просил её играть Машу — героиню с особенно тяжёлой судьбой: «Не делай печального лица ни в одном акте. <…> Люди, которые давно носят в себе горе и привыкли к нему, только посвистывают и задумываются часто». По-видимому, автор специально акцентировал внимание режиссёров и артистов на любовной интриге «Сестёр»: все трагические события — от смерти отца Прозоровых до дуэли Солёного и Тузенбаха — принципиально вынесены за сцену. Цитируя двух проницательных рецензентов, можно сказать, что Чехов хотел показать «глубокую драматичность повседневной жизни даже и без потрясающих эффектов», и в этом смысле не так важно, как именно определять жанр «Сестёр» — пьесы, построенной на «тонких движениях жизни: будничной мысли и будничного страдания».

Были ли у героев пьесы прототипы?

Одна из литературных легенд гласит, что прототипами сестёр Прозоровых были Оттилия, Маргарита и Эвелина Циммерман — основательницы первой частной школы в Перми. Соответствующая табличка висит на стене их дома (сейчас это здание Медико-фармацевтического училища); то же написано у них на могильной плите. По другой версии, Чехов мог вдохновиться историей сестёр Бронте, биографию которых автор отправил в таганрогскую библиотеку в 1896 году. Подобно Прозоровым, эти одарённые девушки всю жизнь мечтали вырваться из провинциального Йоркшира; у них был брат, который, как и Андрей, подавал больше надежды, но с годами сильно опустился. А писатель Борис Лазаревский и вовсе считал, что одна из трёх сестёр — Мария Чехова, помогавшая знаменитому брату в хозяйственных и финансовых делах: «Что-то прелестное есть в выражении её глаз, что-то умное и вместе страдальческое».

Куда более убедительные прототипы — у других персонажей пьесы. На Тузенбаха похож поручик Евграф Егоров, который вышел в отставку с желанием работать: Чехов познакомился с ним, когда жил в Воскресенске, а в 1891–1892 годах они вместе боролись с голодом в Нижегородской губернии. Циника Солёного напоминает грубый и жестокий поручик фон Шмидт, сосланный в Сибирь и сопровождавший Чехова по дороге на Сахалин. Глухой сторож Ферапонт — это, возможно, сотский, который служил при Бавыкинском волостном правлении и регулярно приходил в усадьбу Чехова Мелихово с казёнными бумагами. А в образе прямолинейного и простоватого учителя Кулыгина, мужа Маши, Чехов вывел своего таганрогского приятеля и актера МХТ Александра Вишневского. Именно этого персонажа он сыграл в первой постановке «Трёх сестёр» и, похоже, так и не понял, что стал объектом не вполне добродушной пародии.

Эдвин Ландсир. Тройной женский портрет (предположительно, сёстры Бронте). 1838 год. Частная коллекция
Оттилия Циммерман. Сёстры Циммерман — возможные прототипы героинь чеховской пьесы

Маргарита Циммерман

Эвелина Циммерман

Где происходит действие «Трёх сестёр»?

Чехов прямо не называет место, в котором разворачиваются события пьесы, он только указывает, что «действие происходит в губернском городе». Из реплик персонажей мы можем узнать, когда его основали (200 лет назад), сколько человек в нём проживает (100 тысяч) и что про них думают герои «Трёх сестёр». Маша считает, что «в этом городе знать три языка ненужная роскошь». Ей вторит Вершинин, который называет местных жителей отсталой, грубой и равнодушной ко всему «тёмной массой». Тузенбах жалуется, что здесь никто не может оценить красоту музыки. А по словам Андрея, тут никогда не было «мало-мальски заметного человека, который возбуждал бы зависть или страстное желание подражать ему». 

Можно предположить, что в этой пьесе Чехов изобразил быт типичного российского города средней руки с его интеллектуальной ограниченностью и скукой. Впрочем, в письме Максиму Горькому драматург выразился более определённо: «Действие происходит в провинциальном городе вроде Перми». Чехов посетил её в 1890 году, когда ехал на Сахалин.

Сибирская улица. Пермь, 1900-е годы

В чём смысл пожара в третьем действии?

Пока Чехов работал над пьесой, сгорел дом его соседей, местный театр и московский магазин «Мюр и Мерилиз» Торговый дом, существовавший в Москве на Театральной площади с 1857 по 1918 год. Назван в честь его основателей: Арчибальда Мерилиза и Эндрю Мюра. Магазин одним из первых ввёл у себя ценники и отдельные примерочные. В 1922 году в здании магазина открылся ЦУМ. «Мюр и Мерилиз» упоминается в «Собачьем сердце» Булгакова: «Кроме того, вот тебе 8 рублей и 15 копеек на трамвай, съезди к Мюру, купи хороший ошейник с цепью».. Впечатления от этих эпизодов легли в основу третьего действия «Трёх сестёр», которое разворачивается ночью на фоне городского пожара.

Писатель считал его центральным для всей драмы: «Если испортите III акт, то пьеса пропала и меня на старости лет ошикают», — писал он Книппер. Ему было из-за чего переживать: корреспондентка рассказывала, что во время репетиций Станиславский «делал на сцене страшную суматоху, все бегали, нервничали»; в свою очередь, Немирович-Данченко предлагал показать зрителям «пустоту и игру не торопливую» — «это будет посильнее». Чехов согласился со второй идеей: «Конечно, третий акт надо вести тихо на сцене, чтобы чувствовалось, что люди утомлены, что им хочется спать… Какой же тут шум?» Впервые увидев спектакль, драматург указал на другую оплошность: «Не так звонили и изображали военные сигналы во время пожара» — и лично объяснил, как должен звучать провинциальный колокол.

Сам городской пожар, не имеющий прямого отношения к основным сюжетным линиям «Трёх сестёр», можно интерпретировать двояко. С одной стороны, его «анонсирует» Тузенбах: ещё в первом действии барон пророчит «здоровую, сильную бурю», которая должна сдуть с общества «лень, равнодушие, предубеждение к труду, гнилую скуку», — в сущности, выкликает очистительную революцию. Это прочтение было особенно близко зрителям в Петербурге, где в начале 1901 года проходили студенческие волнения. С другой стороны, пылающий за сценой пожар — предвестник катастрофы, распада прежних семейных и любовных связей. В финале героини пьесы теряют близких людей и, образно говоря, остаются на пепелище, планируя начать жизнь заново в надежде на то, что однажды «все узнают… для чего эти страдания» и «счастье и мир настанут на земле». 

Пожарный в зимнем обмундировании. Около 1907 года. Фотограф Джордж Г. Бейн

George Grantham Bain/ullstein bild via Getty Images

Зачем персонажи так рвутся в Москву?

Переезд в Москву — заветная мечта сразу нескольких героев пьесы и один из её тематических рефренов.

У Ольги последние и не утратившие остроты воспоминания о «родине» связаны с весной, теплом и светом; здесь же её терзают комары и холод. Только в Москве Андрей может в полной мере реализовать свои амбиции («снится каждую ночь, что я профессор московского университета, знаменитый учёный, которым гордится русская земля!») и не чувствовать себя чужим даже в «громадной зале ресторана», где «никого не знаешь и тебя никто не знает». Ирина тоже каждую ночь видит Москву во сне и надеется встретить там свою любовь. Маша тоскует по прежней интеллектуальной среде. А Тузенбах — ещё один персонаж, который недоволен своей жизнью, — планирует поступить в университет.

За московскими новостями следит и сторож Ферапонт. Он рассказывает Андрею, что скоро «поперёк всей Москвы канат протянут», вспоминает, как она сгорела в 1812 году, и пересказывает слухи о том, что зимой то ли в одной, то ли в другой столице будто бы замерзли насмерть 2000 человек.

Может быть, нам только кажется, что мы существуем, а на самом деле нас нет

Антон Чехов

Зато совершенно равнодушен к Москве Вершинин, который там учился и служил: он предпочитает «здоровый, хороший, славянский климат» провинции и восхищается «милыми, скромными берёзами». Вершинин пытается убедить Машу, что её восторженное отношение сойдёт на нет после возвращения: «Так же и вы не будете замечать Москвы, когда будете жить в ней».

Примечательно, что по репликам персонажей можно восстановить их персональную московскую географию. Мы узнаём, что Прозоровы жили на Старой Басманной улице, их мать похоронена на Новодевичьем кладбище, Вершинин каждое утро ходил с Немецкой улицы Нынешнее название улицы — Бауманская. в Лефортово, где размещались Красные казармы, а Андрей обедал у Тестова — в знаменитом на весь город трактире, воспетом Владимиром Гиляровским в книге «Москва и москвичи». Так за абстрактными восклицаниями («Лучше Москвы нет ничего на свете!») проступают конкретные адреса — тем болезненнее для героев осознавать, что «осьмёрка легла на двойку пик» и пасьянс не выходит — в прямом и метафорическом смысле.

Ольга Книппер в роли Маши в первой постановке пьесы. МХТ, 1900 год
Маргарита Савицкая в роли Ольги и Вера Барановская в роли Ирины в первой постановке пьесы. МХТ, 1900 год
Маргарита Савицкая в роли Ольги. МХТ, 1900 год

Собрание МАММ

Почему герои пьесы так много говорят о труде?

О труде в «Трёх сёстрах» рассуждают самые разные персонажи: Вершинин, Чебутыкин, Кулыгин и даже жена Андрея Наташа, которая ничего не делает сама, но мечтает рассчитать пожилую няньку Анфису. Эта тема становится центральной в отношениях Ирины и влюблённого в неё барона Тузенбаха — одной из самых трагичных линий во всей пьесе.

В первом действии Ирина делится со своими близкими озарением: «Человек должен трудиться, работать в поте лица, кто бы он ни был, и в этом одном заключается смысл и цель его жизни, его счастье, его восторги». Она считает, что главная причина семейных бедствий — в том, что они «родились от людей, презиравших труд». Ирине вторит Тузенбах, которого всю жизнь оберегали от любых забот: он тоже жаждет «жизни, борьбы и труда» и уверен, что «через какие-нибудь 25–30 лет работать будет уже каждый человек». 

Во втором действии Ирина становится телеграфисткой, но скоро разочаровывается: для неё это «труд без поэзии, без мыслей». После пяти лет раздумий Тузенбах подаёт в отставку, и его жестоко высмеивает штабс-капитан Солёный. Очень приблизительно цитируя «Цыган» («Не сердись, Алеко... Забудь, забудь мечтания свои») 2 У Пушкина Земфира говорит: «Не верь лукавым сновиденьям»., он невольно предсказывает обречённость этих планов.

Оттого нам невесело и смотрим мы на жизнь так мрачно, что не знаем труда. Мы родились от людей, презиравших труд

Антон Чехов

В третьем действии Ирина понимает, что на самом деле прямой связи между трудом и счастьем нет: она работает в городской управе, презирает свою службу и чувствует, что за последние годы только отдалилась от прекрасной жизни, о которой столько мечтала. Тузенбах, судя по всему, никак не может решиться на следующий шаг: он только собирается поехать на кирпичный завод (Чехов не уточняет, в каком статусе), но уже зовёт с собой Ирину.

Наконец, в последнем действии Ирина принимает приглашение (и предложение) барона: у неё вернулся вкус к труду. Но тут на их пути встаёт Солёный: отвергнутый поклонник Ирины, он убивает соперника на дуэли. В финале пьесы героиня надеется найти утешение именно в работе: она хочет преподавать в школе — «всю свою жизнь отдать тем, кому она, быть может, нужна». 

В «Трёх сёстрах» Чехов не поэтизирует труд и не высмеивает его, не переоценивает его и не принижает: по мысли драматурга, работа сама по себе не является залогом счастья и не даёт ответ на вопрос «Зачем мы живём?». Тут уместно вспомнить чеховский рассказ «Дом с мезонином»: в нём фанатичной поклоннице теории малых дел Лиде («Но ведь нужно же делать что-нибудь!») оппонирует безымянный художник. Он сокрушается, что душевные и умственные силы современного человека уходят на «удовлетворение временных, преходящих нужд», тогда как правду и смысл жизни помогают найти науки и искусства, на которые вечно не хватает времени. 

Каминные фарфоровые часы. Императорский фарфоровый завод. Санкт-Петербург, первая половина XIX века. Разбитые часы — едва ли не ключевой символ пьесы
Флаконы для духов. Начало XX века. Герой пьесы Солёный периодически достаёт флакон с духами и опрыскивает себе грудь и руки
Серебряный самовар мастерской Павла Овчинникова. 1882 год. Пьеса заканчивается безмятежным описанием домашнего уюта: кипящий самовар, цветы и горящие свечи.

Про какую «тарарабумбию» поёт Чебутыкин?

На протяжении четвёртого действия — одного из самых драматичных во всей пьесе — военный доктор Чебутыкин, согласно авторской ремарке, находится «в благодушном настроении, которое не покидает его в течение всего акта». Пока остальные герои прощаются, стреляются и плачут, он читает газету, отвечает на вопросы ленивыми «пускай!» и «пустяки» и тянет загадочное слово «тарарабумбия».

Это строчка из игривой песни, которую в конце XIX века исполняли в барах, кабаре и мюзик-холлах Америки и Европы. Но если в англо- и франкоязычных версиях её пели молодые девушки, то в России лирическим героем «Тарарабумбии» стал печальный пьяница, размышляющий о своей ничтожности; условно говоря — «маленький человек» русской классики:

Тарарабумбия, 
Сижу на тумбе я, 
Сижу невесел я, 
И ножки свесил я. 

Тарарабумбия, 
Сижу на тумбе я, 
И горько плачу я, 
Что мало значу я...

Чехов цитирует популярную композицию в двух произведениях. В написанном в 1893 году рассказе «Володя большой и Володя маленький» героиня Софья Львовна жалуется на жизнь, просит своего молодого поклонника сказать хотя бы одно убедительное слово — и слышит в ответ насмешливую «тарарабумбию». В «Трёх сёстрах» Чебутыкин так же отвечает на предложение Ирины изменить свою жизнь, а в самом конце пьесы его пение вклинивается в её финальный монолог. В обоих случаях герои Чехова сбивают пафос собеседников, сводят их сокровенные мысли к пустой, ничего не значащей реплике, чепухе- «рениксе» Реникса — ошибочное прочтение русского слова «чепуха» как латинского renyxa.. Это можно интерпретировать и как проявление чёрствости, и как способ заглушить собственную боль. В том же действии Чебутыкин сравнивает себя со старой птицей, которая больше не может летать: видимо, именно поэтому он и повторяет — с несколько утомительной настойчивостью — «всё равно», пытаясь убедить не столько окружающих, сколько себя самого.

Сергей Виноградов. Интерьер зала. Начало XX века. Частное собрание

Почему несчастны персонажи «Трёх сестёр»?

Театровед Илья Игнатов писал, что чеховская «пьеса не даёт более или менее ясных мотивов для несчастья» героев. И действительно, с житейской точки зрения причины, по которым страдают персонажи, могут показаться ничтожными: никто не мешает обеспеченным и образованным сёстрам переехать в Москву, а Андрею по силам уйти со службы и заняться наукой. Труднее приходится тем, кто безответно влюблён: Чебутыкин, всю жизнь обожавший мать Прозоровых, Солёный и Тузенбах, борющиеся за расположение Ирины, или Кулыгин, который глядит сквозь пальцы на отношения своей жены Маши и Вершинина, без сомнения, герои, вызывающие сочувствие, но их проблемы тоже не выглядят совсем уж неразрешимыми.

Получается — проследим мысль Игнатова до логического конца, — не всякая неурядица заслуживает того, чтобы называться страданием: требуется ярко выраженный конфликт, невероятный накал страстей. В «Трёх сёстрах» Чехов оспаривает подобные представления. Драмы его героев имеют мало общего с нравственно-религиозными исканиями персонажей Достоевского и Толстого или борьбой с произволом царского режима, но это не делает их второсортными, мелкими, недостойными внимания и понимания. «Как странно меняется, как обманывает жизнь» — в этой реплике Андрея, по Чехову, и состоит причина большинства человеческих невзгод: люди становятся несчастными уже из-за одного хода времени — неумолимого, необратимого.

Борис Иогансон. Иллюстрация к пьесе «Три сестры». 1940-е годы
Миа Фэрроу в роли Ирины, Кит Бакстер в роли Вершинина и Гвен Уотфорд в роли Маши в спектакле «Три сестры». Гринвич-театр. Лондон, 1973 год

Hulton-Deutsch Collection/CORBIS/Corbis via Getty Images

Кому из героев Чехов доверяет свои мысли?

Поначалу кажется, что на амплуа резонёра в пьесе претендуют Тузенбах и Вершинин. Они спорят, существует ли социальный прогресс, подлежит ли человеческая природа усовершенствованию, или отношения между людьми в каких-то главных основаниях неизменны. Тузенбах считает, что и «через двести или триста, но и через миллион лет жизнь останется такою же, как и была; она не меняется, остаётся постоянною, следуя своим собственным законам». Вершинин верит, что мир мало-помалу станет лучше, но счастье будет доступно только нашим потомкам. Оба сходятся на том, что надо работать: по Тузенбаху, для собственного удовольствия (он мечтает хотя бы однажды уснуть крепко, как рабочий); по Вершинину — для будущих поколений, ради которых можно пожертвовать своим благополучием в настоящем.

Чехов как будто не отдаёт предпочтение ни одному из героев: у них примерно одинаковое количество реплик и похожая система аргументации; каждый в итоге остаётся при своём мнении. Тонкость в том, что рядом с персонажами-мыслителями всё время находятся Чебутыкин и Солёный — своего рода трикстеры, которые (каждый на свой манер) стремятся подорвать любое подобие осмысленной дискуссии. Чебутыкин признаётся, что за свою жизнь не прочёл ни одной книжки и не может вылечить ни одной болезни; напившись, он заявляет: «Может быть, я и не существую вовсе, а только кажется мне, что я хожу, ем, сплю». Солёный шокирует собеседников своими язвительными замечаниями, неуместными цитатами, агрессивными выпадами. В самом начале пьесы он между делом говорит Тузенбаху, что через пару лет всадит ему пулю в лоб. Во втором действии признаётся, что зажарил и съел бы ребёнка Наташи и Андрея. В четвёртом, собираясь на дуэль с бароном, походя замечает, что его руки «пахнут трупом», таким образом предвосхищая итог поединка. Формально Солёный дразнит и провоцирует окружающих, пытаясь замаскировать неуверенность в себе. Но его образ — это ещё и новое воплощение романтического героя русской классики: своими выходками Солёный проверяет на прочность размеренный мир Прозоровых, в котором он чувствует себя чужим. Ближе к концу в его репликах и поступках начинает чудиться что-то инфернальное; неспроста в последнем акте Солёный растворяется буквально на полуслове: «А он, мятежный, ищет бури, как будто в бурях есть покой...» 

На этом конфликте между рациональностью и абсурдом и строится интеллектуальное движение «Трёх сестёр»: на каждую «сильную» фразу приходится «пустая», на всякую «философию» — своё «потяни меня за палец». С известными оговорками можно говорить о полифоничности пьесы: возвышенные мысли и задиристые остроты оказываются в нерасторжимой связи друг с другом. И те, и другие хочется разгадывать, находить в них сюжетные подсказки или взаимные отражения: например, фраза «Он ахнуть не успел, как на него медведь насел», которую несколько раз повторяет Солёный, — сниженная вариация вершининского «Как идёт время! Ой, ой, как идёт время!». 

Получается, что резонёром в «Трёх сёстрах» становится всякий, кто в данный момент получает слово, — и ровно до тех пор, пока его не лишается. Это хорошо видно по развязке: последние реплики — «Всё равно! Всё равно!» Чебутыкина и «Если бы знать, если бы знать!» Ольги — идеально симметричны.

список литературы

  • Берковский Н. Я. Чехов: от рассказов и повестей к драматургии // Берковский Н. Я. Литература и театр: Статьи разных лет. М.: Искусство, 1969. С. 48–182.
  • Доманский Ю. В. Вариативность драматургии А. П. Чехова: монография. Тверь: Лилия Принт, 2005.
  • Доманский Ю. В. Статьи о Чехове. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2001.
  • Зубанова И. В., Бранд С. В., Ланчиков В. К. Когда хиты были шлягерами. О переводе «лёгкого жанра» // Мосты. № 3 (43). 2014. C. 33–36.
  • Катаев В. Б. Литературные связи Чехова. М.: Изд-во МГУ, 1989.
  • Панамарёва А. Н. Драма А. П. Чехова «Три сестры» в звуковом аспекте // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2011. 11 (113). С. 125–130.
  • Рейфилд Д. Жизнь Антона Чехова. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2014.
  • Скафтымов А. П. Драмы Чехова // Волга. 2000. № 2–3. С. 132–147.
  • Скафтымов А. П. Нравственные искания русских писателей: Статьи и исследования о русских классиках. М.: Худ. лит., 1972.
  • Смелянский А. М. Предлагаемые обстоятельства. Из жизни русского театра второй половины XX века. М.: Артист. Режиссёр. Театр, 1999.
  • Твердохлебов И. Ю. «Три сестры». Примечания // Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Сочинения: В 18 т. Т. 13. Пьесы. 1895–1904. М.: Наука, 1978. С. 421–467.
  • Чудаков А. П. Поэтика Чехова. Мир Чехова: Возникновение и утверждение. СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2016.

ссылки

Текст

«Если бы пьеса Чехова называлась «Три брата», она была бы очень короткой»

Отрывок из книги британской журналистки Вив Гроскоп «Саморазвитие по Толстому».

Видео

«Три сестры» в «Игре в бисер»

Главный редактор журнала «Театр» Марина Давыдова, чеховед Владимир Катаев и другие эксперты обсуждают пьесу в программе Игоря Волгина.

Видео

«Три сестры» Самсона Самсонова

Чёрно-белая экранизация 1964 года.

Видео

«Три сестры» Петра Фоменко

Спектакль, который в 2006 году принёс режиссёру две «Золотые маски».

Видео

«Три сестры» на радио «Свобода»

Филолог Маргарита Одесская и ученицы лицея им. Вернадского — о том, как чеховскую пьесу ставят в Японии.

Текст

«Три сестры» и пьесы начала XX века

Литературовед Валентина Головчинер сопоставляет драматургические опыты Толстого, Чехова и Горького.

Текст

«Три сестры»: как интерпретируют пьесу современные режиссёры

История семьи Прозоровых на сцене БДТ, «Красного факела» и других театров.

Антон Чехов

Три сестры

читать на букмейте

Книги на «Полке»

Михаил Лермонтов
Герой нашего времени
Александр Блок
Двенадцать
Аввакум Петров
Житие протопопа Аввакума
Николай Гоголь
Старосветские помещики
Иван Гончаров
Обломов
Фёдор Достоевский
Преступление и наказание
Антон Чехов
Дама с собачкой
Анна Ахматова
Поэма без героя
Юрий Трифонов
Дом на набережной
Николай Гоголь
Записки сумасшедшего
Саша Соколов
Школа для дураков
Николай Карамзин
Бедная Лиза
Николай Некрасов
Кому на Руси жить хорошо
Лев Толстой
Хаджи-Мурат
Даниил Хармс
Старуха
Василий Гроссман
Жизнь и судьба
Владимир Сорокин
Норма
Николай Гоголь
Шинель
Александр Пушкин
Цыганы
Борис Пастернак
Доктор Живаго
Николай Гоголь
Ревизор
Осип Мандельштам
Шум времени
Юрий Олеша
Зависть
Людмила Петрушевская
Время ночь
Александр Введенский
Ёлка у Ивановых
Александр Пушкин
Медный всадник
Велимир Хлебников
Зангези
Александр Твардовский
Василий Тёркин
Лев Толстой
Смерть Ивана Ильича
Лев Толстой
Детство. Отрочество. Юность
Лев Толстой
Война и мир

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera