Самое лирическое произведение Чехова, в котором необыкновенное душевное событие рисуется обыденными красками, а банальный адюльтер оборачивается большой любовью.
комментарии: Татьяна Трофимова
О чём эта книга?
О типичном курортном романе, получившем нетипичное продолжение. Московский ловелас Дмитрий Гуров соблазняет молодую провинциалку Анну Сергеевну. Летний отдых заканчивается, Анна Сергеевна надрывно прощается с любовником навсегда, Гуров с лёгким сердцем возвращается в Москву к семье — но почему-то никак не может забыть «даму с собачкой». Предельно точно выхватывая детали и рисуя отдельные сцены из жизни героев, Чехов показывает, как в одночасье в жизни человека может возникнуть большое чувство и произойти решающий поворот, который никто не в силах предугадать.
Когда она написана?
Осенью 1899 года. Замысел и первые наброски появляются ещё в августе 1896-го, когда Чехов фиксирует в записной книжке образ — «дама с мопсом». В начале 1897 года к нему добавляется ещё один образ — «губернаторская дочь в боа» (она на мгновение мелькнёт в описании жизни провинциального города). Появлению рассказа предшествует почти год творческого молчания, связанный прежде всего с масштабной работой над собственным собранием сочинений по договору с издательством А. Ф. Маркса Адольф Фёдорович Маркс (1838–1904) — книгоиздатель. В возрасте 21 года переехал из Польши в Россию, поначалу преподавал иностранные языки, служил письмоводителем. В 1870 году основал массовый еженедельный журнал «Нива», а в 1896 году — собственную типографию, где, помимо прочего, выпускал собрания русской и зарубежной классики. После смерти Маркса издательство превратилось в акционерное общество, большую часть акций которого купил издатель Иван Сытин. . Чехов невесело шутит, что, зная о собственной болезни, не может тянуть с этим и обременять своих наследников приведением в порядок его бумаг. Параллельно он следит за тем, как продвигается работа над постановками его пьес в Московском Художественном театре, — и хандрит. Оставшись зимовать в Ялте и затеяв строительство дома, Чехов едва успевает разбираться с бытовыми проблемами. К тому же с наступлением зимы в Ялте устанавливается дождливая погода, и в письмах Чехов жалуется, что чувствует себя «армейским офицером, заброшенным на окраину» и «готов кричать караул от скуки». В итоге за рассказ он берётся лишь в начале следующей осени, но быстро заканчивает его.
Fine Art Images/Heritage Images/Getty Images
Как она написана?
На первый взгляд, рассказ Чехова выглядит очень просто: в нём нет ни сюжетных разветвлений, ни стилистической вычурности. Однако эта внешняя простота стала результатом многих лет кропотливой работы писателя над повествовательной формой. Позже Владимир Набоков писал, что в «Даме с собачкой» «все традиционные правила повествования нарушены», но «этот рассказ — один из самых великих в мировой литературе». Уже современники замечали, что в «Даме с собачкой» нет классической сюжетной схемы: непонятно, что здесь завязка, что — кульминация, у рассказа нет чёткой проблематики — по набоковскому выражению, «нет точки в конце». Всё, что может претендовать на роль центрального события, — будь то духовное перерождение Гурова, перерастание курортного романа в серьёзную историю или решение героев больше не расставаться, — не особо мотивировано ни развитием фабулы, ни рефлексией героев. Всё это события невидимые, и по большому счёту они происходят неожиданно как для читателя, так и для самих персонажей.
Александр Чудаков Александр Павлович Чудаков (1938–2005) — писатель, литературовед. Автор книг о Чехове и многочисленных статей о русской литературе. С 1964 года работал в Институте мировой литературы, преподавал в МГУ и Литературном институте. В 2000 году Чудаков выпустил роман «Ложится мгла на старые ступени», за который получил премию «Русский Букер десятилетия». О романе можно почитать в нашем списке «Семейные нарративы». , один из крупнейших исследователей поэтики Чехова, обращает внимание на синтаксис в рассказе. С середины 1890-х Чехов, который ранее предоставлял своим персонажам самим рассказывать свои истории, сокращает объём прямой и несобственно-прямой речи и начинает использовать более тонкие стилистические приёмы. «Она много говорила, и вопросы у неё были отрывисты, и она сама тотчас же забывала, о чём спрашивала; потом потеряла в толпе лорнетку», — всё это вроде бы авторская речь, но в ней через прерывистость и «задыхающийся» ритм точно передано эмоциональное состояние героини. В результате Чехову удаётся добиться ощущения полного правдоподобия. Сюжет как будто случайно и лишь на время попадает в поле зрения автора, но продолжается за пределами текста. Кажущееся композиционное несовершенство только придаёт естественности его течению.
Что на неё повлияло?
Сам Чехов считал основным своим творческим методом непосредственное наблюдение, что хорошо выражено в знаменитой сцене, описанной Владимиром Короленко:
— Знаете, как я пишу свои маленькие рассказы?.. Вот.
Он оглянул стол, взял в руки первую попавшуюся на глаза вещь, — это оказалась пепельница, — поставил её передо мною и сказал:
— Хотите, — завтра будет рассказ… Заглавие «Пепельница».
Источником впечатлений, которые побудили Чехова написать рассказ «Дама с собачкой», часто называют знакомство писателя с актрисой Московского Художественного театра Ольгой Книппер Ольга Леонардовна Книппер-Чехова (1868–1959) — актриса. В юности несколько лет встречалась с инженером Владимиром Шуховым, но к свадьбе отношения не привели. Училась актёрскому мастерству у Владимира Немировича-Данченко, в 1898 году начала играть в МХТ. Исполняла роль Аркадиной в чеховской пьесе «Чайка», тогда она сблизилась и с самим Чеховым — в 1901 году они поженились. В дальнейшем Книппер играла во всех пьесах мужа: Елену Андреевну в «Дяде Ване», Машу в «Трёх сёстрах», Раневскую в «Вишнёвом саде». В 1937 году получила звание народной артистки СССР, а в 1943-м стала лауреатом Сталинской премии. . Поскольку в этот момент Чехов уже живёт в Ялте, а Книппер занята репетициями в московском театре, их отношения развиваются по большей части на расстоянии, с редкими встречами. Это ощущение разлуки и легло в основу рассказа, герои которого также вынуждены жить вдали друг от друга. Ялтинские реалии, перенесённые в рассказ в качестве декораций, тоже достаточно подробно идентифицированы — где Гуров и Анна Сергеевна встречались, где завтракали, где наблюдали за прибытием парохода и что за пароход это мог быть. Однако не только непосредственный опыт лёг в основу рассказа, часто называют ещё несколько литературных источников. Например, один из ранних образов — губернаторская дочь в боа — восходит ещё к гоголевскому изображению провинциальных вкусов и нравов. Образ Гурова, несколько теряющийся за узнаваемым литературным сюжетом о супружеской неверности, Владимир Катаев в работе о литературных связях Чехова считает воплощением одного из вечных образов — Дон Жуана. Причём ближайшим источником он называет «Каменного гостя» Пушкина. Наконец, сам Чехов любимыми писателями и учителями считал Александра Писемского и Николая Лескова, и это указывает ещё на одну традицию — внимание к сугубо частной жизни и интерес к провинциальному быту на окраинах империи.
РИА «Новости»
Как она была опубликована?
Впервые рассказ был опубликован в декабрьском номере журнала «Русская мысль» Литературно-политический журнал, ежемесячно выходивший в Москве с 1880 по 1918 год. Редакция разделяла конституционно-демократические взгляды, политически была близка к кадетам. «Русская мысль» была закрыта большевиками, затем с перерывами издавалась за границей. С 1947 года журнал начал регулярно печататься в Париже, с 2008 года — в Лондоне. за 1899 год, — по-видимому, отдать рассказ сюда Чехов пообещал ещё до того, как за него принялся. Во всяком случае, с редактором «Русской мысли» Виктором Гольцевым Виктор Александрович Гольцев (1850–1906) — журналист, литературный критик, общественный деятель. Окончил юрфак Московского университета, защитил магистерскую диссертацию, но на должность приват-доцента его не утвердили из-за «политической неблагонадёжности». Гольцев вёл политическое обозрение в «Русской мысли» (а с 1905-го стал и главным редактором журнала), писал статьи в «Русские ведомости», «Вестник Европы», «Русское богатство», как сторонник конституционной демократии вступал в публичную полемику со славянофилом Иваном Аксаковым и консерватором Михаилом Катковым. он виделся в июле и в августе, а в сентябре писал с извинениями, что текста нет, поскольку дома продолжаются строительные работы, и будет он только к декабрю. Спустя два года Чехов написал в издательство А. Ф. Маркса Адольф Фёдорович Маркс (1838–1904) — книгоиздатель. В возрасте 21 года переехал из Польши в Россию, поначалу преподавал иностранные языки, служил письмоводителем. В 1870 году основал массовый еженедельный журнал «Нива», а в 1896 году — собственную типографию, где, помимо прочего, выпускал собрания русской и зарубежной классики. После смерти Маркса издательство превратилось в акционерное общество, большую часть акций которого купил издатель Иван Сытин. с предложением поместить рассказ в готовящийся Х том собрания сочинений. В итоге «Дама с собачкой» выходит сначала в 1903 году в приложении к журналу «Нива», а в 1906-м — в XI томе первого отдельного издания собрания сочинений писателя. Но даже после первой публикации рассказ не отпускал Чехова — он продолжал дорабатывать его, внося изменения как в образы главных героев, так и в структуру повествования.
Как её приняли?
Про этот рассказ художник Исаак Левитан говорил: «Чёрт возьми, как хорошо Антоний написал «Даму с собачкой», — так же хорошо, как я пишу картины». Бунин его называл одним из лучших произведений Чехова, а Горький считал, что Чехов поставит точку в реализме, потому что никто больше не сможет «писать так просто о таких простых вещах». Но в среде литературных критиков рассказ произвёл впечатление противоречивое. Для начала, сомнения вызвала значимость изображаемого — в то время как одни видели в рассказе историю духовного перерождения Гурова, других оскорбляла выбранная Чеховым пошлая и мелкая тема — курортный роман. Известный литературный критик Александр Скабичевский Александр Михайлович Скабичевский (1838–1911) — литературный критик. Начал печататься в 1860-х. С 1868 года стал сотрудником «Отечественных записок». Также Скабичевский редактировал журналы «Слово», «Новое слово», писал литературные фельетоны в «Биржевых ведомостях» и «Сыне отечества». В 1891 году вышла его книга «История новейшей русской литературы», которая пользовалась успехом у читателей. даже назвал героев «малюсенькими», а переживаемую ими драму — «позорно-мучительной». Вторым поводом для критики стала художественная форма, а вернее, незавершённость сюжета и обрывочность. Пылкие читатели советовали Чехову не бросать героев в самый важный момент и написать продолжение, читатели же менее эмоциональные замечали, что такая незавершённость даже симптоматична, поскольку обозначенную Чеховым дилемму — «медленное умирание в оболочке лжи» или же смелый разрыв с общепринятой моралью — герои едва ли будут в силах разрешить. Что касается фрагментарности рассказа, то критики расходились только в том, насколько это намеренный приём автора в погоне за модной этюдностью. Критик Виктор Буренин Виктор Петрович Буренин (1841–1926) — литературный критик, публицист, драматург. В юности дружил с амнистированными декабристами и радикальными демократами (помогал Некрасову со сбором материалов для поэмы «Русские женщины»), печатался в «Колоколе» Герцена. С 1876 года и вплоть до революции проработал в суворинском «Новом времени», консервативном издании правого толка. Из-за частых нападок и грубостей в своих статьях Буренин постепенно приобрёл скандальную репутацию — на него несколько раз подавали судебные иски по обвинению в клевете. Говорили, что именно резкая статья Буренина довела до смерти поэта Семёна Надсона — прочтя обвинения в том, что он лишь притворяется больным, Надсон почувствовал себя хуже и в скором времени умер. даже считал, что этот рассказ — «как будто бы начало, первые главы ненаписанного романа». Отдельным вопросом для обсуждения стало то, насколько такой подход к изображению действительности и внутреннего мира человека является предвестием нового этапа в творческой манере Чехова и чего ждать дальше.
Что было дальше?
«Дама с собачкой» оказалась одним из самых популярных произведений Чехова. Ещё при жизни писателя рассказ был переведён на несколько европейских языков, в том числе на английский и немецкий. Также вышло подражание — рассказ «Любовь Константиновна» Бориса Лазаревского Борис Александрович Лазаревский (1871–1936) — писатель, публицист. Работал помощником машиниста, секретарём Севастопольского и Кронштадтского военно-морских судов. В 1899 году дебютировал сборником рассказов о железнодорожных машинистах «Забытые люди», благодаря которому познакомился с Чеховым и вёл с ним переписку на протяжении нескольких лет. После отставки в 1906 году занимался только литературой, но спустя десять лет был вынужден вернуться на службу. Во время Гражданской войны присоединился к Вооружённым силам Юга России, а затем эмигрировал. , который, впрочем, далеко не сразу признал вторичный характер своего произведения. Чеховский рассказ стал материалом для большого количества кино- и театральных постановок, а первая экранизация с Алексеем Баталовым и Ией Саввиной, сделанная Иосифом Хейфецем в 1960 году, получила специальный приз на Каннском фестивале. При этом часто рассказ интерпретировался режиссёрами в сочетании с другими литературными сюжетами, в частности с рассказом «Солнечный удар» Ивана Бунина, который сам очень высоко ценил произведение Чехова. В 1985 году в Большом театре был представлен одноактный балет «Дама с собачкой» в постановке Родиона Щедрина с Майей Плисецкой в главной роли. Памятники героине рассказа вместе с собачкой установлены в Ялте и в сквере у Сахалинского международного театрального центра в Южно-Сахалинске.
А. Коньков и П. Максимов/ТАСС
Что мы знаем о жизни героев до их встречи в Ялте?
Хотя Чехов и не стал описывать героев подробно, кое-что о прежней жизни Гурова и Анны Сергеевны мы всё-таки знаем. Гурову около сорока, он москвич, филолог по образованию, мечтал о карьере оперного певца, но пошёл служить в банк, на втором курсе его «женили», жену свою он «боялся» и много раз ей изменял, у него есть 12-летняя дочь и двое сыновей-гимназистов. Анна Сергеевна, в свою очередь, рассказывает Гурову, что она из Петербурга, но два года назад с замужеством переехала в город С., и её возраст Гуров определяет так: ещё «недавно была институткой». Муж её служит то ли в губернском правлении, то ли в губернской земской управе — сказать точно она не может. И из этой информации, скупо выданной Чеховым, легко понять, что герои не слишком счастливы в своей обычной жизни — едва ли Гуров любил свою жену, раз «не любил бывать дома», и едва ли Анна Сергеевна сильно интересовалась делами мужа, раз не смогла вспомнить, где же именно он служил.
Вспомнил он её тонкую, слабую шею, красивые, серые глаза. «Что-то в ней есть жалкое всё-таки», — подумал он и стал засыпать
Антон Чехов
Банковская карьера Гурова вопреки филологическому образованию и оперным амбициям — штрих к его духовному портрету до перерождения, вызванного встречей с Анной Сергеевной. Возможно, Чехов намекает на его меркантильность — или меркантильность среды, в которой он воспитывался. Так, родители заставляют его жениться на девушке старше, чем он, — похоже, что из-за хорошего приданого. Гуров сообщает, что у него два дома в Москве: в одном он живёт с семьёй, а второй, вероятно, сдаётся и служит ещё одним источником дохода.
Что касается Анны Сергеевны, то она вышла замуж в двадцать лет — её, недавнюю институтку, «томило любопытство… хотелось чего-нибудь получше», какой-то «другой жизни». Своего мужа, дворянина, унаследовавшего от предков-немцев фамилию фон Дидериц, она называет «лакеем», но это не говорит о незавидном служебном и финансовом положении: напротив, фон Дидериц «живёт… в собственном доме… живёт хорошо, богато, имеет своих лошадей, его все знают в городе». Анну Сергеевну, обманувшуюся в надеждах, тяготит именно это серое провинциальное благополучие — под стать тому благополучию, которое знакомо Гурову. Подсознательно она, судя по всему, была, как и Гуров, готова к новому любовному приключению. Любовь, настигшая обоих, переворачивает их обыденную жизнь: это отдушина в существовании, которое не приносило героям никакой радости.
Почему Чехов не описывает героев подробно?
Вопрос, как именно описывать героя и нужно ли это делать в принципе, постоянно волновал почти всех русских классиков. С приходом в литературу в середине 1840-х натуральной школы Литературное направление 1840-х, начальный этап развития критического реализма, ему свойственны социальный пафос, бытописательство, интерес к низшим слоям общества. К натуральной школе причисляют Некрасова, Чернышевского, Тургенева, Гончарова, на формирование школы ощутимо повлияло творчество Гоголя. Манифестом движения можно считать альманах «Физиология Петербурга» (1845). Рецензируя этот сборник, Фаддей Булгарин впервые употребил термин «натуральная школа», причём в пренебрежительном смысле. Но определение понравилось Белинскому и впоследствии прижилось. он обрёл новое измерение — писатели начинают в духе позитивизма рассказывать о герое через его внешность, привычки, окружающие его вещи. Дело при этом не ограничивается жилищем, которое было обычной характеристикой ещё гоголевских персонажей, — именно внешний мир и поведение человека в нём становятся способом дать верифицируемое представление о внутреннем мире героя. Как именно это делать — тут у русских писателей были разные идеи. Тургенев в «Записках охотника», следуя моде времени, рассуждал о типологии характеров в зависимости от места обитания; Гончаров в «Обломове» возводил отдельную бытовую деталь типа халата в ранг символа; Толстой в «Детстве» опробовал многие способы — и прибегал к статичным описаниям, и раскрывал характер героя через его поведение в конкретной ситуации, и сопоставлял кругозоры ребёнка и взрослого.
Мой муж, быть может, честный, хороший человек, но ведь он лакей! Я не знаю, что он делает там, как служит, а знаю только, что он лакей
Антон Чехов
Чехов тоже подробно описывал героев и много думал над способами этого описания: например, в «Палате № 6», написанной в начале 1890-х, есть целая глава, посвящённая исключительно рассказу о герое — Иване Дмитриевиче Громове. Но к концу 1890-х, когда появляется «Дама с собачкой», многое в чеховской технике повествования меняется, и в результате классические описания персонажей в рассказе предельно сокращены. При этом, сталкиваясь с необходимостью дать характеристику возникающему в повествовании персонажу, Чехов часто предпочитает всё уместить в одну деталь — высокая женщина с тёмными бровями, муж с учёным значком в петлице, похожим на лакейский номер. Александр Чудаков, исследователь поэтики Чехова, связывает новый подход к описанию героев с переменами в представлении писателя о предметном мире. Для Чехова предмет становится чем-то большим, нежели просто способом характеристики персонажа. В каком-то смысле писатель доводит до предела традицию натурализма, придавая вещам наряду с персонажами самостоятельное значение. Чехов отказывается от принятого в современной ему литературе описания героев через их «существенные черты». Тот факт, что у мужа Анны Сергеевны в петлице значок, похожий на «лакейский номер», сам по себе не является неотъемлемой чертой его характера и не влияет непосредственно на фабулу рассказа. Скорее, отношение Анны Сергеевны к мужу влияет на восприятие Гурова, встретившего его в театре. В этот момент значок, попавший в кругозор героя (в иных случаях, согласно Чудакову, это может быть повествователь), приобретает сходство с лакейским номером и становится удачным способом охарактеризовать конкретного человека. Собирая вокруг конкретного персонажа несколько таких случайных деталей, Чехов складывает его образ подобно мозаике, и при этом мы не видим классического описания.
На что была похожа жизнь в Ялте в конце XIX века?
Ялта конца XIX века была довольно популярным курортом. Хотя сам Чехов после переезда часто жалуется на скуку, в реальности жизнь в Ялте, особенно в летний сезон, едва ли была настолько невыразительной, как она описана в «Даме с собачкой». В письмах Чехов упоминает, что в городе едва ли наберётся более 14 тысяч жителей, тем не менее довольно быстро собирает свой круг творческих людей. В частности, именно там Чехов знакомится с Куприным и Буниным, встречается с Горьким и становится любимым посетителем знаменитой книжной лавки Исаака Синани на набережной. Кроме того, в конце XIX века Ялта не только популярный в творческой среде курорт, но и наиболее климатически благоприятное место для туберкулёзных больных. Особенно много их приезжает на побережье в преддверии зимы, и всё время, что Чехов живёт в Ялте, он бесконечно занимается помощью им — отчасти вынужденно после газетной шутки о том, что он открывает на своей даче санаторий, отчасти из гуманных соображений. Известно, что он вкладывает собственные средства в размещение больных, которые приезжают в Ялту без всяких денег в надежде как-то устроиться, а после объявляет публичный сбор средств в пользу нуждающихся. Из газетной шутки вырастает серьёзное решение. «Мы решили строить санаторий, я сочинил воззвание», — пишет Чехов Горькому в конце ноября 1899 года с просьбой распространить текст обращения и помочь опубликовать его в нижегородских и самарских газетах, где у Горького есть связи. В 1900 году Чехов избирается уполномоченным по сбору средств в пользу Попечительства о приезжих больных, в связи с чем вынужден вести обширную переписку со знакомыми литераторами и самими больными. Московский Художественный театр по просьбе Чехова даёт спектакли в пользу санатория, а некоторые актёры даже приезжают со спектаклями в Ялту. Так что даже если в Ялте в конце XIX века было скучно, Чехов развивает вокруг себя серьёзную активность.
Что это за провинциальный город С., в котором живёт Анна Сергеевна?
Как признавался Чехов, в его рассказах «иногда невольно выходит так, что можно угадать пейзаж или местность, нечаянно описанные». В этом смысле хотя город С. не какой-то конкретный провинциальный город, но в нём можно угадать место, которое побудило Чехова придать городу С. именно такие черты. Приехав в родной город Анны Сергеевны, Гуров сразу ощущает беспросветную серость этого места: покрытая серой пылью чернильница, серое гостиничное одеяло, серый забор. Таким же образом Чехов, в 1892 году переехав в имение Мелихово, описывает расположенный неподалёку Серпухов, в котором ему приходится бывать. «Город серый, равнодушный…» — так характеризует его писатель. А когда серпуховские актёры-любители обращаются к Чехову с вопросом, можно ли им поставить его «Чайку», он приходит в настоящий ужас, что это погубит его репутацию и он больше не сможет появиться в городе без стыда, и продолжает: «К тому же серпуховская публика — это нечто серое, аляповатое, грубое и безвкусное!» Несмотря на то что в рассказе уездный город превращается в губернский, ощущение тотального уныния от посещения Чеховым Серпухова определённо внесло свой вклад в формирование образа. Но С., конечно, не значит именно Серпухов.
Почему именно собачка? Это было модно?
О том, насколько белый шпиц был популярен в качестве дамской собачки, можно судить хотя бы по живому отклику читателей рассказа. Сразу после публикации Чехову написал его знакомый врач Павел Розанов, который шутливо поинтересовался, не его ли жену, только-только возвратившуюся из Ялты и ездившую туда со своим белым шпицем, он изобразил в рассказе. Работница Чехова в Ялте считала, что писатель изобразил в «Даме с собачкой» одну из ялтинских туберкулёзных больных Елену Подгородникову, которая лично с Чеховым знакома не была, но часто гуляла по набережной с белым шпицем, и именно при виде неё однажды Чехов произнёс словосочетание, давшее название произведению, — «дама с собачкой». Впрочем, этим возможные кандидатки на роль прототипа Анны Сергеевны не исчерпывались. Знакомый Чехова по Ялте, также страдавший от туберкулёза журналист Михаил Первухин, вспоминал, что после выхода рассказа на набережной появилось огромное количество «дам с собачками», которые постепенно исчезали по мере того, как рассказ выходил из моды. Поскольку детали у Чехова случайны и не индивидуальны, можно сделать вывод, что подобные собачки были довольно распространены — белый шпиц оказался типическим признаком. Как раз в 1890-х был утверждён стандарт породы померанского шпица — в отличие от своих довольно крупных предков, собаки небольшого размера, и шпицы белого цвета стали особенно популярны.
Почему упоминание «осетрины с душком» так задевает Гурова?
Осетрина с душком возникает в рассказе в момент, который более других претендует на звание кульминационного. Движимый желанием поделиться своими эмоциями и воспоминаниями, Гуров сообщает сослуживцу, что этим летом в Ялте он познакомился с «очаровательной женщиной», на что сослуживец отвечает: «А давеча вы были правы: осетрина-то с душком!» Это, в общем-то, обычное несовпадение в восприятии важности разговора производит в сознании Гурова взрыв, запустив цепочку размышлений — об опостылевших людях в городе, о ненужных делах и разговорах, о желании сбежать от этой жизни, — которые приводят к поездке в город С.
«Осетрина с душком» — это типичная чеховская деталь. Как и арбуз, который ест Гуров, пока Анна Сергеевна плачет, что теперь она падшая женщина, как и серый забор в городе С., при виде которого Гуров думает, что от такого точно не сбежишь.
Так шумело внизу, когда ещё тут не было ни Ялты, ни Ореанды, теперь шумит и будет шуметь так же равнодушно и глухо, когда нас не будет
Антон Чехов
Собственно, символичные предметы, которые становились воплощением конфликта, в литературе появлялись и раньше, но тогда они были нарочито помещены в нужный контекст. У Чехова деталь сама по себе не выражает ничего, но попав в поле зрения героя, она окрашивается его переживаниями и становится значимой. Владимир Набоков замечает, что у Чехова «в любом описании каждая деталь подобрана так, чтобы залить светом всё действие», например, вместо объёмного рассказа о лирической атмосфере первого знакомства героев даётся лишь одна подробность — морской пейзаж: «Вода была сиреневого цвета, такого мягкого и тёплого, и по ней от луны шла золотая полоса».
Критик Владимир Лакшин Владимир Яковлевич Лакшин (1933–1993) — литературовед, прозаик. Работал в «Литературной газете», журналах «Знамя» и «Иностранная литература». В 1960-х годах был ведущим критиком и первым заместителем главного редактора журнала «Новый мир». Защищал в печати «Один день Ивана Денисовича» и «Матрёнин двор» Солженицына. Исследовал творчество Александра Островского, которому посвятил свою докторскую диссертацию. указывает, что в чеховской детали происходит слияние «внешних впечатлений и внутренних переживаний героя»: Чехов, с одной стороны, добивается максимальной естественности, с другой — выделяет именно те единичные подробности, которые резонируют с душевным состоянием его персонажа. Либо они приходятся кстати, либо, как та самая осетрина с душком, резко с настроем персонажа диссонируют. И хотя, на первый взгляд, выбор именно осетрины довольно случаен, литературовед Владимир Катаев замечает, что упоминание рыбных блюд имеет в русской литературе особенную функцию. Например, та же осетрина присутствует при рассказе о Собакевиче в «Мёртвых душах» Гоголя. Вряд ли это просто совпадение: ведь там же мы находим историю с губернаторской дочкой. Да и функция у «рыбной» детали ровно та же: контраст между низменным и возвышенным. Впоследствии «осетрина второй свежести» появится в «Мастере и Маргарите» Булгакова — уже как характерная деталь советского языка, скрывающего неприглядную правду.
Правда ли, что Чехов использовал в рассказе сюжет «Анны Карениной»?
На первый взгляд, ничто на это не указывает: сам Чехов сюжетное сходство не комментировал; нет никаких указаний на связь рассказа с романом Толстого и в чеховских записных книжках. Кроме того, сюжет супружеской измены, с которым прежде всего ассоциируется роман Толстого, на самом деле хорошо разработан в мировой литературе XIX века — от «Грозы» Островского до «Госпожи Бовари» Флобера и «Жизни» Мопассана. Сам Толстой начинает размышлять о проблемах семьи и брака ещё на рубеже 1850–60-х, когда появляется роман «Семейное счастие», и продолжает это делать и после «Анны Карениной», например в «Крейцеровой сонате». Да и Чехов не раз обращался к этой теме в своих рассказах, — в частности, уже написаны «Огни» и «Дуэль», среди сюжетных линий которых есть и адюльтер. Более того, к моменту написания «Дамы с собачкой» уже существует некоторое количество произведений, проблематика которых строится вокруг «курортного романа»: например, «Роман в Кисловодске» Виктора Буренина Виктор Петрович Буренин (1841–1926) — литературный критик, публицист, драматург. В юности дружил с амнистированными декабристами и радикальными демократами (помогал Некрасову со сбором материалов для поэмы «Русские женщины»), печатался в «Колоколе» Герцена. С 1876 года и вплоть до революции проработал в суворинском «Новом времени», консервативном издании правого толка. Из-за частых нападок и грубостей в своих статьях Буренин постепенно приобрёл скандальную репутацию — на него несколько раз подавали судебные иски по обвинению в клевете. Говорили, что именно резкая статья Буренина довела до смерти поэта Семёна Надсона — прочтя обвинения в том, что он лишь притворяется больным, Надсон почувствовал себя хуже и в скором времени умер. и «Мимочка на водах» Лидии Веселитской Лидия Ивановна Веселитская (1857–1936) — писательница, переводчица. Писала повести и рассказы о жизни городских низов, известность ей принёс роман «Мимочка на водах» (вторая часть трилогии «Мимочка»), опубликованный в 1891 году. Веселитская дружила с Толстым и Лесковым, общалась с Достоевским и Гаршиным. В 1929 году выпустила мемуарную книгу «Встречи с писателями». .
Впрочем, Чехов довольно часто кладёт в основу своих рассказов классические сюжеты и предлагает своего рода их перепрочтение. Мнение о том, что Чехов апеллирует к сюжету «Анны Карениной», высказывалось в литературоведении и вызывало серьёзные споры. Основная полемика развернулась в 1950–70-х между Борисом Мейлахом и Никитой Пруцковым. Первый считал, что писатели предлагают два решения одной проблемы, только Толстой описывает великосветскую среду, для которой любовь Анны и Вронского становится вызовом, а Чехов разворачивает сюжет «в обстановке обыденной жизни» и связь героев подаётся им как «повседневное явление». Второй, напротив, уверял, что проблема — а именно понимание любви — у писателей совершенно разная: в случае Толстого это трагическая сила, которая врывается в жизнь человека и рушит её, в случае Чехова — это путь к себе и истинному пониманию жизни. Однако конструктивного выхода из этих баталий найдено не было.
Как отнесся к «Даме с собачкой» Лев Толстой? Какие вообще отношения были у Толстого с Чеховым?
Толстому рассказ не понравился. «Люди, не выработавшие в себе ясного миросозерцания, разделяющего добро и зло. Прежде робели, искали; теперь же, думая, что они по ту сторону добра и зла, остаются по сю сторону, т. е. почти животные», — записал он в дневнике 16 января 1900 года. И, видимо, не только записал, поскольку спустя три дня через третьи руки Чехов узнаёт об этом. Удивительным образом размышления о «животном инстинкте» встречаются и в записных книжках Чехова в момент его неспешных раздумий над будущим сюжетом: «У животных постоянное стремление раскрыть тайну (найти гнездо), отсюда у людей уважение к чужой тайне, как борьба с животным инстинктом!» Литературовед и критик Зиновий Паперный Зиновий Самойлович Паперный (1919–1996) — литературовед, писатель. Специализировался на творчестве Чехова. Написал сценарии к двум советским комедиям — «Новогоднему похищению» Юрия Саакова и «Последнему жулику» Вадима Масса и Яна Эбнера. В начале 1970-х получил известность как автор пародии на роман Всеволода Кочетова «Чего же ты хочешь?», пародия ходила в самиздате под названием «Чего же он кочет?», из-за неё Паперного исключили из КПСС. уверен, что осмысление тайны — один из основных «творческих маршрутов» Чехова при работе над рассказом, он указывает на эпизод, в котором Гуров провожает дочь в гимназию по пути к Анне Сергеевне и думает о том, что у него теперь есть «другая» жизнь, происходящая «тайно от других» и составляющая «зерно его жизни». Именно наличие этой тайны и поднимает его над простым следованием животному инстинкту.
Она села в третьем ряду, и когда Гуров взглянул на неё, то сердце у него сжалось, и он понял ясно, что для него теперь на всём свете нет ближе, дороже и важнее человека
Антон Чехов
К моменту написания «Дамы с собачкой» отношение писателей к идеям друг друга в целом было сдержанным. Пережив в ранние годы увлечение толстовством, в 1890-е Чехов разочаровывается во многих идеях любимого писателя — в свете темы адюльтера показательно, например, как менялось отношение Чехова к «Крейцеровой сонате». Сначала он пишет о значительности повести, хотя и отмечает отдельные недостатки в письме поэту Алексею Плещееву 15 февраля 1890 года:
«Не говоря уж о художественных достоинствах, которые местами поразительны, спасибо повести за одно то, что она до крайности возбуждает мысль. <...> Правда, у неё есть очень досадные недостатки. <...> Так, его суждения о сифилисе, воспитательных домах, об отвращении женщин к совокуплению и проч. не только могут быть оспариваемы, но и прямо изобличают человека невежественного, не потрудившегося в продолжение своей долгой жизни прочесть две-три книжки, написанные специалистами. Но всё-таки эти недостатки разлетаются, как перья от ветра; ввиду достоинства повести их просто не замечаешь, а если заметишь, то только подосадуешь, что повесть не избегла участи всех человеческих дел, которые все несовершенны и не свободны от пятен».
Очень скоро, после поездки на Сахалин, Чехов разочаровывается в повести. «До поездки «Крейцерова соната» была для меня событием, а теперь она мне смешна и кажется бестолковой. Не то я возмужал от поездки, не то с ума сошёл — чёрт меня знает, — пишет он в 1890 году своему издателю Алексею Суворину Алексей Сергеевич Суворин (1834–1912) — писатель, драматург, издатель. Приобрёл известность благодаря воскресным фельетонам, публиковавшимся в «Санкт-Петербургских ведомостях». В 1876 году купил газету «Новое время», вскоре основал свой книжный магазин и типографию, в которой издавал справочники «Русский календарь», «Вся Россия», серию книг «Дешёвая библиотека». Среди известных драм Суворина — «Татьяна Репина», «Медея», «Дмитрий Самозванец и царевна Ксения». — и ему же в 1894-м: — Толстовская мораль перестала меня трогать, в глубине души я отношусь к ней недружелюбно… Во мне течёт мужицкая кровь, и меня не удивишь мужицкими добродетелями…» В рассказе «Крыжовник» уже звучит открытая критика мировоззрения Толстого — его уход от суеты мира Чехов называет эгоизмом и ленью, а в ответ на тезис о трёх аршинах земли говорит, что, конечно, человеку нужен «весь земной шар». Чехов не согласен с отношением Толстого к семье и браку, а вернее, с его морализаторским подходом к человеческой природе. В этом смысле сюжет «Дамы с собачкой» с большей вероятностью полемично отсылает даже не к «Анне Карениной», а к более поздней «Крейцеровой сонате», гораздо сильнее наполненной чуждой Чехову толстовской моралью. При этом, несмотря на идеологические расхождения, писатели остались в тёплых отношениях. Они продолжали восхищаться прозой друг друга; Толстой навещал болеющего Чехова и был глубоко опечален его смертью.
Что такого особенного в Анне Сергеевне, что ветреный Гуров полюбил её по-настоящему?
Как ни странно, абсолютно ничего. И изначальный интерес Гурова к «даме с собачкой», и внезапное понимание, что она для него гораздо дороже, чем он предполагал, не мотивированы никакими чертами внешности или характера героини. И эта обыденность принципиально важна для Чехова, который рассказывает, как в человеке зарождается любовь, но отказывается объяснять, почему это происходит. Он лишь, подобно врачу, фиксирует внешние проявления этого процесса. Так, все детали, которые замечает Гуров при первом знакомстве — молодость героини, платье, собачка, её тонкая шея, красивые серые глаза, — не вызывают у него ничего, кроме мыслей о том, что «что-то в ней есть жалкое». Не находят у него отклик и её эмоции, которые ему порой даже кажутся неуместными и вызывают досаду. Интерес Гурова Чехов подаёт исключительно как свойство натуры, которая не может и двух дней прожить без женского внимания. Точно так же ничем внешним не мотивировано перерождение случайного курортного романа в большое чувство. Нет никаких сопутствующих событий, в результате которых «дама с собачкой», к которой герой легко обращается на «ты», становится для него «Анной Сергеевной», требует местоимения «вы» и заставляет его отправиться на её поиски в город С. Более того, писатель подчёркивает и обыкновенность героини, которая садится в театре в третьем ряду, «затерявшаяся в провинциальной толпе», и своего рода её неизменность — она плачет в самом начале их курортного романа, так же она плачет в конце, когда оба понимают, что их жизнь решительным образом изменилась. И, рассказав историю зарождения любви, Чехов, на самом деле, показывает лишь оболочку — так выглядит самое важное, о котором мы по большому счёту ничего иного не знаем.
Как сам Чехов относится к изменам героев? Осуждает ли он их?
Отчасти ответ на этот вопрос следует из того, что происходит, — вернее, что не происходит, — по сюжету рассказа. В «Даме с собачкой» есть несколько моментов, когда изменяющих своим семьям героев могли разоблачить — и за этим наступило бы социальное осуждение. Например, в Ялте на Гурова и Анну Сергеевну обращает внимание проходящий мимо господин, в театре их объяснение подслушивают гимназисты, да и сам Гуров не слишком осторожно признаётся своему сослуживцу, что познакомился в Ялте с «очаровательной женщиной». Но Чехов эти сюжетные возможности игнорирует и «спасает» героев. Случайные зацепки никуда не ведут, и даже когда Гуров думает о том, что теперь он ведёт двойную жизнь, это его волнует исключительно с точки зрения удивительности ощущения. Факт измены, впрочем, беспокоит героиню: «Анна Сергеевна, эта «дама с собачкой», к тому, что произошло, отнеслась как-то особенно, очень серьёзно, точно к своему падению, — так казалось, и это было странно и некстати».
Он говорил и думал о том, что вот он идёт на свидание и ни одна живая душа не знает об этом и, вероятно, никогда не будет знать
Антон Чехов
История Гурова и Анны Сергеевны свободна от моральной оценки автора. Причина не только в том, что Чехов не считал нужным высказывать своё отношение к происходящему с героями, — если верить Александру Чудакову, со второй половины 1890-х автор, напротив, присутствует в тексте куда больше, нежели раньше. Литературовед Леонид Гроссман Леонид Петрович Гроссман (1888–1965) — литературовед, поэт. В 1919 году выпустил сборник сонетов, посвящённый Пушкину. Преподавал русскую литературу в Высшем литературно-художественном институте им. В. Брюсова, Московском городском педагогическом институте. Автор исследовательских работ о Пушкине и Достоевском. Гроссман написал их биографии для серии «Жизнь замечательных людей». видит причину такой нечувствительности Чехова к морали в первую очередь в его медицинском бэкграунде. Писатель-врач тяготеет к натурализму как литературному методу, стремится бесстрастно фиксировать проявления человеческой природы: ему как медику понятно, что эти проявления — её неотъемлемая часть. Кроме того, большой поклонник учения Дарвина, Чехов отрицал существование души (что стало камнем преткновения в его отношении к учению Толстого), скептически относился к религии и упрекал духовные семинарии в двуличии. Так что вопрос о морали, тем более навязанной обществом, был далёк от Чехова — и как писателя, и как медика, и как человека. Что действительно волновало Чехова в отношении поведения героев рассказа — так это зарождение в человеке тайной внутренней жизни, невидимой снаружи, скрытой за обыденным поведением. Именно эту перемену он стремится достоверно зафиксировать — и его не очень интересовали, в частности, мрачные предчувствия первых читателей относительно социальной бесперспективности всей этой истории.
Наконец, из переписки Чехова можно заключить, что изначальный гуровский цинизм был не чужд и самому писателю. Известны его рассказы о вольных отношениях с женщинами, не слишком приличные комментарии о знакомых, непристойные шутки — так, для описания секса он использовал глагол «тараканить». В письме Суворину от 18 мая 1891-го можно найти практически готовый сюжет «Дамы с собачкой», явно взятый из собственного опыта и описанный без тени лиризма:
«Романы с дамой из порядочного круга — процедура длинная. Во-первых, нужна ночь, во-вторых, вы едете в Эрмитаж, в-третьих, в Эрмитаже вам говорят, что свободных номеров нет, и вы едете искать другое пристанище, в-четвёртых, в номере ваша дама падает духом, жантильничает, дрожит и восклицает: «Ах, боже мой, что я делаю? Нет? Нет?», добрый час идёт на раздевание, на слова, в-пятых, дама ваша на обратном пути имеет такое выражение, как будто вы её изнасиловали, и всё время бормочет: «Нет, никогда себе этого не прощу!»
Что герои собираются делать дальше?
«Писать продолжение этого рассказа вы, пожалуй, не захотите, так будьте добры, черкните несколько слов, как бы вы поступили, будучи на месте Гурова», — просила Чехова одна из читательниц рассказа, обосновывая свой интерес тем, что изображённая ситуация знакома многим, но непонятно, как из неё выходить. Развод в обществе конца XIX века был сложным мероприятием — дело о разводе рассматривалось духовной консисторией Орган управления Русской православной церкви. Учреждался в каждой епархии и подчинялся епархиальным архиереям. Духовная консистория рассматривала дела о богохульстве, незаконных браках, разводах, похищении церковного имущества и др. В случае апелляционных жалоб дела передавались в Синод. , супружеская неверность, которая считалась достаточным основанием для развода, должна была быть доказана. Даже в начале ХХ века, после того как список возможных оснований для расторжения брака был расширен (отказ супруга от православия, жестокое обращение, принуждение к преступлению), развод воспринимался как катастрофа и ложился пятном на репутацию. Именно поэтому многие читатели и критики смотрели на возможное дальнейшее развитие сюжета скептически: «Последние строки только наводят на мысль о какой-то предстоящей жестокой драме жизни» 1 Андреевич. Очерки текущей русской литературы. Искание смысла жизни. // Жизнь. Т. 1. 1900. С. 246. .
Жалобы на незавершённость сюжета Чехов получал и прежде — в отношении многих его произведений ещё до «Дамы с собачкой» звучала критика, что едва начинает происходить что-то интересное, как рассказ обрывается. Но «Даму с собачкой» современники сочли особенно невразумительной; Виктор Буренин Виктор Петрович Буренин (1841–1926) — литературный критик, публицист, драматург. В юности дружил с амнистированными декабристами и радикальными демократами (помогал Некрасову со сбором материалов для поэмы «Русские женщины»), печатался в «Колоколе» Герцена. С 1876 года и вплоть до революции проработал в суворинском «Новом времени», консервативном издании правого толка. Из-за частых нападок и грубостей в своих статьях Буренин постепенно приобрёл скандальную репутацию — на него несколько раз подавали судебные иски по обвинению в клевете. Говорили, что именно резкая статья Буренина довела до смерти поэта Семёна Надсона — прочтя обвинения в том, что он лишь притворяется больным, Надсон почувствовал себя хуже и в скором времени умер. замечал, что рассказ этот «всё-таки не более как этюд, и притом отрывочный». Эту «отрывочность» критик приписал популизму — модная «этюдность» угождала вкусам толпы.
Действительно, если сравнить открытый финал «Дамы с собачкой» с сюжетной завершённостью «Анны Карениной», получается, что Чехов бросает героев там, где начинается всё самое сложное. Но если считать, центральным событием рассказа зарождение чувства и духовное перерождение Гурова, то в этой перспективе сюжетной незавершённости нет. Всё, что остаётся за рамками повествования, — чисто бытовые сложности. В литературоведении отрывочность сюжетов Чехова принято рассматривать как одно из средств создания «эффекта случайности». Чехов намеренно отказывается «вырезать» определённый фрагмент из жизни и придавать ему композиционную целостность — это значит нарушать течение жизни в её естественности. «Рассказ в действительности не кончается, поскольку до тех пор, пока люди живы, нет для них возможного и определённого завершения их несчастий, или надежд, или мечтаний», — подытоживал эту чеховскую особенность Владимир Набоков.
список литературы
- А. П. Чехов: pro et contra. Творчество А. П. Чехова в русской мысли конца XIX — начала XX века. СПб.: РХГА, 2002.
- Бердников Г. П. Чехов. Идейные и творческие искания. М.: Худ. лит., 1984.
- Катаев В. Б. Литературные связи Чехова. М.: Изд-во МГУ, 1989.
- Лакшин В. Я. Толстой и Чехов. М.: Сов. писатель, 1975.
- Паперный З. С. Записные книжки Чехова. М.: Сов. писатель, 1976.
- Рейфилд Д. Жизнь Антона Чехова. М.: Независимая газета, 2005.
- Чудаков А. П. Поэтика Чехова. М.: Наука, 1971.
- Эйхенбаум Б. М. О Чехове // Эйхенбаум Б. М. О прозе. Л.: Худ. лит., 1969. С. 357–370.
ссылки
Видео
«Дама с собачкой», 1960
Экранизация Иосифа Хейфица, в главных ролях — Алексей Баталов и Ия Саввина.
Видео
«Игра в бисер» о «Даме с собачкой»
Выпуск телепередачи Игоря Волгина на канале «Культура», в студии — Валерия Пустовая, Владимир Катаев, Дмитрий Бак и Борис Акимов.
Текст
Неприличный Чехов
Избранные цитаты о женщинах из частной переписки Чехова с комментариями Натальи Белюшиной.
Текст
Померанский шпиц
Для тех, кто хочет собачку как у Анны Сергеевны: история породы и советы по уходу.
![](https://api.polka.academy/storage/post/542/thumb_links_picture-fe9c9a9b00143943e27bae6f35c8bc69.jpg)
![](https://api.polka.academy/storage/post/bookmate/60/picture-b8fc8edbc1310f02ab7936eb22502bff.jpg)